Натюрморт Художник — художнику плохого не посоветует


Содержание

Описание картины Петрова-Водкина «Утренний натюрморт » и интересные факты о ней

Большинство образованных людей, которые считают себя интеллигентами, неплохо разбираются в искусстве. Но многие из них знают только самые известные картины художников. Это и не удивительно, ведь нельзя быть подкованным во всех областях знаний, если вы, конечно, не Анатолий Вассерман. Именно поэтому мы подготовили описание картины «Утренний натюрморт» Петрова-Водкина, чтобы восполнить этот пробел в познаниях общественности в области искусства.

Биография

Кузьма Сергеевич Петров-Водкин прожил довольно интересную жизнь.

История создания «Утреннего натюрморта»

Шел 1918 год. Только закончилась Октябрьская революция, но ее последствия все еще видны в городе. К Петрову-Водкину, который абсолютно не разбирался в политике, да и не пытался это сделать, новая власть оказалась благосклонна. Именно в 1918 году Кузьма Сергеевич становится преподавателем Академии художеств. Творчество этого периода направлено на осмысление революции и ее последствий.

История создания картины «Утренний натюрморт» Петрова-Водкина довольно интересна. В период вечной нехватки продуктов и, как следствие, голода, художник не отчаивается. Он пытается донести до народа путем своих натюрмортов, что нужно ценить каждое мгновение своей жизни. Описание картины «Утренний натюрморт» Петрова–Водкина будет дано ниже, а пока рассмотрим стилистические особенности полотна. Оно выполнено в реалистичной манере, что не совсем характерно для художника. Но вот своим любимым цветам Кузьма не изменяет. Полотно написано в трех любимых цветах художника: желтом, синем и красном.

Замысел художника

Основная мысль картины «Утренний натюрморт» (Петров–Водкин) заключается в передаче волнующего момента раннего утра. Закат солнца, который ежедневно наблюдал любой деревенский человек, сейчас становится чем-то чудесным. Немногие согласны променять 2 часа сна на 15-минутное любование первыми лучами солнца. Петров–Водкин вырос в деревне, и ему доводилось видеть много рассветов и закатов. Именно поэтому в 1918 году, в момент рождения новой системы власти, Кузьма Сергеевич решает написать восход солнца. Эта тонкая аллегория едва прослеживается, но если присмотреться, то она видна во многих деталях картины. Художник пытался показать, что любое утро счастливого человека должно начинаться с солнечных лучей и крепкого чая. Описание картины «Утренний натюрморт» Петрова–Водкина можно дать совсем кратко: завтрак деревенского человека, который испытывает нужду, но при этом не падает духом и умеет находить радость в каждом жизненном моменте.

Описание

Картина художника Петрова-Водкина «Утренний натюрморт» — не самое выдающееся полотно, но одно из самых уютных. Тут видна нежность в каждой детали. На картине изображены кот и собака. Кот сидит на коленях у хозяина, а собака напротив них. Понятно, что художник любит животных, и даже несмотря на бытовые трудности, он находит время и желание ухаживать за своими питомцами. На столе стоит букет полевых цветов. По тому, что в букете присутствуют колокольчики и одуванчики, понятно что цветы были только что собраны, ведь на картине они изображены свежими, а как известно, в срезанном виде эти разновидности растений быстро вянут. Понятно, что вряд ли художник собирал цветы для себя. Скорее всего, он собрал их для любимой жены или дочки. На столе лежит скудный завтрак — 2 яйца и коробок спичек. В коробке, скорее всего, соль — ее после революции было достать очень тяжело. От натюрморта веет добротой и свежестью. Художнику удалось остановить одно мгновение и удалось это сделать великолепно.

Только голодный художник может написать настоящую картину?

Художник, композитор у которого все есть, который не страдает не может сотворить хорошую картину?

Рафаэль, Микеланджело и Рембрандт были очень высокооплачиваемыми художниками. Потом у голландца не заладилось из-за смерти любимой Саскии, но начинал он очень хорошо. В гильдии художников был в самой почётной категории — заказных портретистов. Многочисленные «селфи» (автопортреты то есть), которые он написал, — не от самовлюблённости, а из-за стремления к точности. Ведь портретист был обязан создавать узнаваемые образы живых людей! Оба итальянца, жившие выгодными заказами от церкви, не сидели без заказов, их труды оплачивались весьма мармеладно. Лучше, чем им, живётся и работается только Зурабу Церетели, хотя я в этом не уверена. Наш Илья Репин вряд ли жил лучше, чем Илья Глазунов, это его бурлаки влачили нищенское существование, а художник!

Художник может быть голодным или сытым, но он не имеет права быть ленивым. Он должен испытывать голод к впечатлениям, образам, идеям. Он не имеет права успокаиваться и не ставить перед собой никаких творческих задач. Если ради них он отказывается от выгодных заказов и материального благополучия, то такова его судьба, но не у всякого живописца судьба-индейка Ван Гога.

Страдания приводят к тому, что человек очищается от мирского восприятия жизни. Он начинает видеть этот мир без прикрас, глаза не закрывают шоры снобизма и самодовольства, он начинает видеть страдания других людей и сочувствовать им. Чувства обостряются, художник уже не будет писать банальности, его картины наполняются чувствами, становятся трехмерными и оживают.

Насчет голодного художника, то это просто крылатое выражение, которое подразумевает тот факт, что настоящий творец забывает поесть, для него это дело второстепенное. Человек, который по настоящему голоден вряд ли может полноценно заниматься творчеством, ведь все его мысли пронизаны одной мыслью — где достать еду.

Сытый художник, который не делает деньги, еду и прочее смыслом жизни и своей главной задачей, тоже может творить шедевры, например — прекрасные натюрморты, передающие спокойную сытость и уверенность в завтрашнем дне.

Говоря о творчестве (в полном смысле этого понятия), в том числе и художественном, многие почему-то забывают, что такого рода деятельность требует не только огромных затрат духовной энергии (что бы это ни значило), но и не менее огромных затрат времени. Того самого времени, которого ни на что другое не остаётся, кроме как на само творчество.

Следовательно, художник и живёт этим творчеством и с этого творчества, грубо говоря, и «кормится».

К чему я всё это. А к тому, что живя в таком режиме и не имея стабильного дохода на ту же «кормёжку», «сирому и убогому», так ск., много не наработаешь и много не «натворишь».

Бывали, конечно, исключения, но это именно исключения, общей картины никак не нарушающие.

Для примера вспомним, хотя бы, художников Возрождения. Практически все они, те, кого мы сейчас называем «классиками», либо занимали официальные должности придворных художников, либо получали заказы напрямую от тогдашней административной и церковной верхушки. Соответственно, на хлеб c маслом у них хватало и ещё на хорошее вино оставалось.

Что же касается расхожей фразочки о голодном художнике, так ведь её можно по разному интерпретировать. Можно, как романтический бред, сказанный в минуту скверного настроения. А можно, и как завуалированное стыдливое признание собственной несостоятельности.

Это помимо всех прочих интерпретаций, какие бы они не были.

Натюрморт: Художник — художнику плохого не посоветует

Мой знакомый художник нарисовал на стене паутину так достоверно, что горничная безуспешно сметала ее два часа.
— Извини, дорогой, но что-то не верится.
— Ну что ты! Мы, художники, и не на такое способны.
— Возможно. Но не горничные!

Вчера я был на выставке картин и должен тебе сказать, что единственное полотно, на которое можно было там смотреть, это твое!
— Признателен тебе, друг. А как картины моих коллег? Только тоже откровенно, пожалуйста.
— К сожалению, перед ними столько народу было, что я не смог к ним протолкнуться.

Куда нам повесить эту картину? — спрашивает муж.
— Вот на эту стену, — отвечает жена. — Молоток и гвозди — в ящике. Бинты и йод — в аптечке.

Продавщица берёт у покупателя тысячную банкноту и долго изучает её на предмет подлинности.
Покупатель, устав от затянувшихся действий по отношению к купюре только что полученной из банкомата, пытается пошутить:
— Да послушайте, всё с ней в порядке, вчера пол ночи рисовал.
— Плохо старались, молодой человек.
— Эх, обидеть художника может каждый.

Как вы думаете, что нарисовал художник на этой картине: закат или восход?
— Уверен, что закат.
— Почему?
— Я хорошо знаю этого художника: он никогда не просыпается до обеда.

Стоит адвокат, руки в карманах, смотрит как художник рисует картину и восхищается:
— Первый раз в жизни вижу, что художник рисует картину своими собственными руками.
Художник отвечает:
— А я впервые в жизни вижу, что адвокат держит руки в своих карманах.

Южный приморский город, вечер. На причале стоит человек во фраке, с галстуком-бабочкой, и любуется закатом. К нему подходит местный художник и они начинают беседовать о небе, прекрасном заходящем солнце и море. Потом разговор переходит на искусство, живопись и т.д. В конце концов художник спрашивает:
— А вы что, тоже маринист?
— Да нет, я вообще-то голубой, но море тоже люблю.

Художник, философ и бизнесмен обсуждают проблему формы и содержания.
Художник говорит, что главное — это форма, она определяет содержание.
Философ утверждает, что форма и содержание неразрывно связаны
Мужики, возражает бизнесмен, вы не правы. Если есть форма, значит надо брать на содержание!

Если о творчестве человека говорят «чувствуется школа», то часто имеют в виду, что до института дело не дошло.

На аукционе в Центральном доме художника продана картина кисти самого Ильи Глазунова. Правда, автором картины является начинающий художник Владимир Пупкин. Тем не менее Глазунов признал, что картина действительно написана его кистью, которая была украдена четыре года назад из его мастерской вместе с видеомагнитофоном и небольшой суммой денег.


К художнику приходит заказчик:
— Я, собственно, по просьбе моей жены. Она хотела бы для гостиной заказать картину. Что-нибудь такое религиозное она хочет, благочестивое.
— Пожалуйста, пожалуйста. Какой сюжет?
— Да я даже не знаю. Из Библии что-нибудь.
— Можно и из Библии. Что желаете? Страшный Суд, сотворение мира, Адам и Ева.
— Вот давайте Адама и Еву.
— Вам как их изобразить, до первородного греха или после него?
— Не знаю, как жене, но мне лично хотелось бы — во время него

Пришел браток в престижный художественный салон покупать себе в дом картины.
Продавец:
— А не желайте ли на эту картину посмотреть? Это — «Обнажённая» Фалька!
— А на хрен мне голая Валька, у меня дома голые Верка и Наташка!
— А вот эта — «Лебедь», Врубель!
— В рубель? Мне подороже что-нибудь, а то братва засмеет.
— Ну а эта? Поль Гоген, «Таитянские женщины», девятнадцатый век, вторая половина.
— А где первая половина? Нет, мне лучше целиком.
— А вот «Христос в гиперкубе» Дали.
— Зачем мне какой-то гимнаст на кубе, да еще и вдали? Вблизи что ли нет?
Устав, продавец показывает ему картину «Гладиаторы»:
— Ну вот эта вам точно понравится! «Разборки авторитетов в Древнем Риме».
— А это прямо в тему, точно как у нас вчера было, кровь и всё, давай заворачивай!

Гаишник:
— Так, это вы тут только что проехали?
— Ну мы.
— А знак на повороте видели? Я спрашиваю: знак на повороте видели или нет?
— Видели.
— Сынишка нарисовал!

1970 год СССР. Вся страна готовится отмечать 100-летие со дня рождения В. И. Ленина. В это время в тюрьму приезжает комиссия. Заходят в камеру, где сидят 7 директоров и один художник — все за антисоветчину. Каждому задается два вопроса — кто такой и за что сидишь.
1-й — директор вино-водочного завода, к юбилею выпустил вино под названием «Ленин в разливе»
2-й — директор бумажного комбината, выпустил туалетную бумагу «Я себя под Лениным чищу!»
3-й — директор банно-прачечного комбината, наладил выпуск мочалок «По ленинским местам»
4-й — директор мебельной фабрики, выпустил 3-х спальную кровать «Я с тобой и Ленин всегда с нами!»
5-й — директор парфюмерной фабрики, выпустил одеколон «Ленинский дух»
6-й — директор похоронного бюро, наладил выпуск гробов с надписью «Верной дорогой идете, товарищи!»
7-й — директор часового завода, выпустил часы, к которых в 12 часов выезжает Ленин на броневике, с вытянутой рукой, и говорит «Ку-ку, товарищи, ку-ку!»
Спрашивают художника:
— Ну а ты за что сюда попал?
— Так я картину «Ленин в Польше» нарисовал.
— Ну-ка, покажи.
Показывает картину. На ней изображены Крупская и Дзержинский. Комиссия удивленно спрашивает:
— А где-же Ленин?
— А Ленин в Польше.
Вывод комиссии: Всех освободить, кроме художника — он слишком много знает.

Художник жалуется приятелю:
— Пишешь картину один день, а продаешь целый год!
— Пиши год, обязательно продашь за один день.

«Талант не пропьешь. » — грустно думал художник, обводя мутным взглядом опустевшую квартиру.

На художественной выставке экскурсия.
— А это моя последняя работа, написанная в духе реализма, — сказал художник, показывая на полотно. — Называется она «Бригада проектировщиков за работой».
— Позвольте, но ведь они не работают! — раздается голос.
— Но в этом-то и есть реализм.

В музее у огромной картины во всю стену стоит восхищенный посетитель.
Второй посетитель спрашивает у него:
— Какие мысли у вас вызывает это грандиозное полотно?
— Да вот думаю, небось, ведра два краски пошло на это дело!

Какая разница между художниками сюрреалистом, реалистом и соцреалистом?
— Сюрреалист пишет, что ощущает, реалист — что видит, соцреалист — что слышит.

Художник, принесший картины в магазин, возмущается:
— Я брал у вас полотно по десять евро, а картины хотите принять у меня по пять евро. Это же грабеж!
— Но я же вам продавал неиспачканное полотно, — не соглашается хозяин магазина.

Дега очень редко бывал на природе. Однажды торговец живописью Воллар застал Дега за работой над пейзажем. Мэтр писал спиной к окну.
— Месье Дега, — обратился к нему Воллар, — когда видишь, как вы изумительно «передаете» природу, то невозможно поверить, что вы делаете это, отвернувшись от нее.
— Ну, что вы, дорогой Амбруаз, — удивился Дета, — ведь в поезде я иногда поглядываю за окно!

Один критик спросил у Дега:
— Можно, я как-нибудь зайду к вам в мастерскую посмотреть ваши картины?
— Конечно-конечно, — радушно ответил художник, — но только вечером, когда стемнеет. Пока есть свет и хоть что-то видно, я работаю.

Молодой Эдгар Дега, скитаясь по парижским углам, решил снять мастерскую. После долгих поисков он наконец нашел в небогатом районе подходящую комнату, но хозяин квартиры сразу же выставил целый ряд условий:
— Я могу вам сдать эту комнату, но предупреждаю: здесь должно быть тихо,
— Я спокойный человек, месье, — скромно ответил Дега.
— Никаких гостей, никаких криков, — продолжал хозяин.
— Обещаю, — сказал художник.
— Домой не возвращайтесь поздно, потому что пол скрипит, — добавил хозяин.
— Хорошо, постараюсь, — обещал Дега.
— Вы храпите? Стены здесь тонкие, и я не смогу уснуть.
— Нет, я сплю спокойно, — ответил Дега, уже теряя терпение.
— Тогда все в порядке. Я сдам вам эту комнату, — сказал довольный хозяин.
— Но я должен вас честно предупредить, — заметил Дега, — что я художник.
— И что же?
— Боюсь, вас может встревожить плеск воды, в которой я мою свои кисти!

Девушка-натурщица, которая неоднократно позировала Дега, пригласила его на свою свадьбу. Придя туда, Дега заметил:
— Сегодня я впервые увидел ее одетой. Должон сказать, что в платье она хороша!

Дега однажды нарисовал портрет жены Эдуара Мане — Сюзанны — за роялем и самого художника, который слушает ее, сидя на диване. В ответ Мане подарил ему картину «Сливы». Но в том, как Дега написал Сюзанну, что-то Мане не понравилось, и, не долго думая, он просто вырезал жену с холста, оставив только себя на диване.
Когда Дега, придя к нему в гости, обнаружил, как изуродована его картина, он пришел в ярость и тут же отослал Мане его «Сливы».
Через некоторое время ссора угасла, и, когда художники помирились, Дега попросил «Сливы» обратно. Но выяснилось, что Мане уже продал картину.
— Глупец! — в бешенстве вскричал Дега.
— Но ведь ты же сам. — стал оправдываться Мане.
— Я — глупец, а не ты! — уточнил Дега. — И зачем я тебе его вернул! Ведь, в конце концов, раз уж я так обиделся, что не мог видеть это замечательное полотно, я мог бы продать его и сам.

Тихая жизнь вещей.
Оживляем натюрморт

Классиком «одушевления» предметов можно назвать Джанни Родари и его «Чипполино». Выдающимся проектом нашего времени – передачу на канале НТВ «Кулинарные истории». Средствами кино, а, проще говоря, движущейся картинкой довольно легко вызвать нужные ассоциации у зрителя. Другое дело натюрморт. Это статичное изображение неодушевленных предметов, о движении здесь речь не идет. Более того, для чистоты жанра крайне нежелательно добавлять предметам глазки, ротики, ручки, ножки. Каким же образом можно одушевить неодушевленное?

А теперь о том, как я заболел «одушевлением» предметов. Творческие люди обычно говорят: «Я уже не могу вспомнить, как это началось…». У меня началось все со знакомства с творчеством фотографа Анатолия Кириллова из Самары. Мне понравились его фотоработы, и я попросил его рассказать о технике съемки с использованием «световой кисти». Так завязалась наша переписка и мое заочное дистанционное обучение. Практически все мои последующие натюрморты я снимал с помощью «световой кисти». Если остановиться коротко, то это способ освещения, суть которого – один фонарик с узким пучком света. Когда камера закреплена на штативе, резкость наводится при включенном общем свете, затем в полной темноте каждый предмет подсвечивается фонариком в течение 10 сек и более. Такой способ постановки света стал особенно популярен в последнее время, когда мультиэкспозицию заменило сложение нескольких дублей слоями в графическом редакторе (в одном из следующих номеров журнала мы расскажем о световой кисти подробней. – Прим. ред.).
Идея оживить предметы пришла не сразу. Вначале были различные эксперименты со светом, техникой съемки и постановками. Например, так родилась работа «Черная черешня». В этой работе я использовал в качестве источника света одну восковую свечу. Черешню высыпал на лист ватмана и расположил вертикальным «строем» для получения эффекта глубины. Оригинал фотографии был обработан в графическом редакторе: взят один красный канал и повышен контраст.
В январе 2004 года мне довелось посмотреть в «Галерее Аллы Булянской» натюрморты художников Александра Буганина из Уфы и Дмитрия Михайлова из Томска.
Мне очень понравилось, как они изображали фрукты, а именно груши. Так я решил попробовать поснимать натюрморты с грушами. Наиболее интересными по форме мне показались сорта «Дюшес» и «Конференц». Купив на ближайшем рынке груши, первой же ночью я приступил к постановочной съемке. Ночью, на кухне, когда вся семья спала, не подозревая о моих ночных экспериментах, я сочинял композиции из фруктов на табурете. Первой работой, достойной внимания зрителя, которая и открыла серию, стал «Портрет семейства Дюшес». Под влиянием картины А. Буганина «Письма к ангелу 7» мне пришла идея построить нестандартную для натюрморта панорамную композицию. Я расположил семь груш в один ряд, поставив их на метровый обрезок деревянного бруса. Кадр был намеренно построен в виде панорамы, а фрукты расположены в разных позах для усиления ритма и соответствия линиям «золотого сечения».

В процессе составления натюрморта я все сильнее и сильнее влюблялся в груши. Восхищался разнообразием их форм, интересной, неповторимой фактурой. Снимая их, я не переставал удивляться фотогеничности этих фруктов! Их матовая поверхность как ничто другое передавала переходы светотени, богатство фактуры, форму и объем. Чем больше я рассматривал груши, тем сильнее я убеждался в том, что они идеально подходят на роль пародии на людей. Они столь же разнообразны по своим формам, имеют удивительное сходство с фигурой полного человека: те же крутые бедра и узкие плечи, тот же пивной животик и объемный зад! И даже характер каждая имеет свой, как люди. А порой претендуют на неповторимость и индивидуальность. Так груши стали моими любимыми персонажами в создании целой серии фотографий.
Следующей родилась работа «Портрет четы Дюшес и девочки, играющей с колесиком». В этой постановке главной задачей для меня было максимально передать фактуру и форму груш, а также в условиях сжатого пространства и перспективы вызвать у зрителя ощущение объемности и глубины. Идея была навеяна картиной Д. Михайлова «Груша, айва, чернильница». В процессе работы над моим натюрмортом я придумывал ему название. Так мне пришла идея одушевить груши и сделать серию фотографий, повествующих о семействе Дюшес так, будто это обычная человеческая семья. Все произошло спонтанно, на уровне импровизации и затем переросло в долгое увлечение.
С самого начала я решил отказаться от банального кукольного театра с пришиванием глаз-пуговиц, приделывания проволочных ручонок и спичек-ножек.
В моем распоряжении оставалось еще достаточное количество средств оживления любого предмета. Главное из них – форма. Если дать волю своей фантазии, не ставить границы для воображения, то можно весьма успешно использовать свет и тень, фактуру, композицию и цвет. Точнее, отсутствие цвета.
Изначально я столкнулся с проблемой подавления и удаления цветного цифрового шума. Простое решение пришло само собой: нет цвета – нет шума! Оригинал переводился микшером каналов в монохром. Затем черно-белое изображение тонировалось в сепию. Таким образом, я смог убить сразу целую лодку зайцев! Убрал ненавистный цветной шум, превратив его в милую глазу зернистость. Добавил выразительности фактуре и акцентировал внимание зрителя на форме груш, поскольку цвет отвлекал от самой сути: характера и «души» предмета-персонажа, которая выражалась в основном через его форму. Так же я создал наиболее подходящую стилизацию натюрмортов под фотографии начала прошлого века или под немое кино. По сути, вся серия с грушами и есть немое представление или жанровый натюрморт.
После подобных умозаключений я приступил к созданию юмористической мизансцены «Как мистер Дюшес флиртовал с миссис Дюшес. На рыбалку ему очень хотелось».
Тут уже все было как в театре. Сначала родилась идея сцены. Затем я подбирал реквизит и костюмы. Выбирал главных героев. Продумал композицию. В процессе съемки я импровизировал со светом, изначально решив добиться эффекта падения на сцену лучей утреннего солнца. Чтобы передать атмосферу легкости и утренней прохлады, я задрапировал фон марлевым бинтом. Фрукты и другие предметы освещались фонариком – каждый по отдельности. Фон и марля подсвечивались выносной вспышкой, установленной параллельно заднику. Блесны и спицы играли роль реквизита, поддерживая смысловую часть. Таким образом, была поставлена знакомая всем сцена, когда муж заигрывает с супругой и пытается всячески добиться разрешения поехать на рыбалку.
Мое увлечение нашло понимание у близких, чего нельзя было сказать об остальных. Порой доходило до весьма двусмысленных ситуаций. Как вы обычно покупаете фрукты на рынке? «Пожалуйста взвесите мне кило груш. Только хорошие положите, мне на стол ставить», – говорите вы. А вот я, прежде чем купить груши, устраиваю настоящий кастинг. Несколько минут копаюсь в коробке, выбирая наиболее подходящий персонаж очередной постановки. В итоге вместо килограмма, после долгого и тщательного осмотра, покупаю только 2 – 3 плода. Разумеется, эти манипуляции вызывают, мягко говоря, сильное удивление, а порой и негодование продавщиц фруктов. Приходилось часто менять места проведения кастинга, чтобы не усиливать у них желания вызвать «03».
Следующей задачей для меня стало сведение к минимуму предметов в кадре. С тем, чтобы лишние детали ни отвлекали зрителя и не рассеивали его внимания.
Наиболее удачной, на мой взгляд, можно назвать работу «Скорбящие».

Почему художники ХХ века так «плохо» рисовали и еще 5 вопросов о живописи, ответы на которые вы хотели знать

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

Высокое искусство — вещь сложная и для многих непонятная. Живопись эпохи Возрождения с ее идеальным изображением привлекает множество почитателей, а вот поверить в то, что работы Пикассо и Кандинского действительно могут стоить баснословных денег, легко далеко не всем. Обилие обнаженных людей на картине — еще одна загадка, как, впрочем, и парадокс того, что хорошие картины необязательно должны быть красивыми.

AdMe.ru узнал ответы на несколько любопытных вопросов о живописи, заглянув в работы искусствоведов и культурологов.

1. Действительно ли живопись так дорого стоит?

То и дело мы слышим о бешеных суммах, выложенных за ту или иную картину. Но на самом деле такие деньги — удел очень немногих работ. Большинство художников огромных сумм и вовсе никогда в глаза не видели. Искусствовед Джонатан Бинсток считает, что в мире всего около 40 авторов, чьи картины оцениваются суммой с многими нулями.

Искусством правят бренды

Приведем, пожалуй, самый яркий пример. Наверняка вы слышали о художнике-граффитисте Бэнкси. Остросоциальная направленность работ и биография, покрытая ореолом тайны, сделали свое дело. Сегодня Бэнкси — художник, работы которого оцениваются многозначными суммами. Его картина «Девочка с воздушным шаром» была продана за £ 1,042 млн. А о перформансе по ее уничтожению сразу после продажи заговорил весь мир.

Бэнкси — это бренд, а бренды отлично продаются. Таким образом, стоимость картины во многом определяется известностью ее автора.

Успешная продажа одной картины — залог успеха других

Художнику может долго не везти, он будет прозябать в бедности и неизвестности, не имея возможности выгодно продавать свои работы. Но как только он сумеет продать одну из своих картин за немалые деньги, будьте уверены, цена на другие его работы резко взлетит.

Редкость, малочисленность, уникальность

Голландского художника Яна Вермеера сегодня называют бесценным. Его кисти принадлежит не так уж много картин — всего 36. Художник писал довольно медленно. Пропавшая в 1990 году картина голландца «Концерт» сейчас оценивается примерно в $ 200 млн. Редкость и малочисленность полотен влияет на то, что цены на них просто заоблачные.

Легендарный Ван Гог — это супербренд. Картин художника насчитывается немного, и очевидно, что больше он уже ничего не создаст. Его работы уникальны.

10 лет назад «Супрематическая композиция» Малевича была продана за $ 60 млн. Возможно, если бы не кризис, она бы ушла и вовсе за $ 100 млн. Картины Малевича в частных коллекциях наперечет, и когда в следующий раз на рынке появится вещь подобного класса — неизвестно. Может, через 10 лет, а может, через 100.

В общем, очевидно: покупатели готовы платить баснословные деньги за предметы исключительно редкие.


Новаторство стоит дорого

Одна из работ Ричарда Принса в направлении «художественное заимствование».

Фотохудожник Ричард Принс придумал переснять из журнала чужое фото ковбоя в рекламе, убрав все надписи. Такая несусветная наглость получила широкий резонанс и. признание. Принс стал считаться создателем нового направления в искусстве — Appropriation Art (художественное заимствование). Смелый жест фотографа превратился в $ 3 млн — именно за столько был продан снимок «Ковбой».

Если бы «Черный квадрат» Малевича вдруг оказался на рынке, за него бы развернулась нешуточная борьба кошельков. И бились бы покупатели не за схематичную геометрическую фигуру на холсте. Они сражались бы за революционную идею, свежую и ранее неизвестную вещь, икону авангарда, которая определила дальнейшее развитие живописи ХХ века. В 1915 году, когда была создана картина, дамы еще носили шляпки, бюстгальтер считался эпатажной новинкой, а на престолах Европы сидели короли. И тут — вы только представьте! — появляется Малевич со своим шокирующим квадратом.

Живопись берет на себя функцию достопримечательности

Сегодня растет уровень культурного туризма, и живопись выполняет функцию достопримечательности. В известные музеи выстраиваются многочасовые очереди из туристов. И чтобы заявить о себе и претендовать на славу мирового уровня, галерее нужно непременно владеть подлинниками знаменитых и популярных живописцев.

Растут и искусственно создаваемые центры культурного туризма, например на Ближнем Востоке и в Китае. Недавно королевская семья Катара заключила частную сделку на сумму $ 250 млн — все ради того, чтобы страна обладала картиной Сезанна «Игроки в карты».

Когда есть все, начинает тянуть на искусство

В 2020 году миллиардер Дмитрий Рыболовлев продал эту картину Леонардо да Винчи за $ 450 млн. Теперь это самая дорогая сделка в мире живописи.

Когда у тебя есть 4 дома и самолет G5, то что еще остается делать? Остается только вкладывать деньги в живопись, ведь это одна из самых прочных «валют».

Согласно данным за 2015 год, в мире насчитывается 34 млн долларовых миллионеров. И даже если представить, что только 1 % из них интересуется искусством, то получится, что на свете живут 340 тыс. человек, готовых выкладывать круглые суммы за картины. А самих картин известных авторов, как мы писали выше, совсем немного, особенно по сравнению с количеством миллионеров. Кроме того, даже те, кто не интересуется живописью, готовы вкладываться в нее ради престижа или стабильности такого вложения.

Вот и выходит, что дороговизна живописи во многом обусловлена тем, что слишком большое количество денег охотится за малым количеством товара.

2. Всем ли картинам нужны рамы?

Картина Жоржа Сёра «Канал в Гравлине, Большой Форт-Филипп».

В книге Сьюзи Ходж «Почему в искусстве так много голых людей» говорится о назначении рам. Так, они защищают края картины и привлекают к ней внимание. Некоторые рамы вычурные, другие совсем простые, они не отвлекают от созерцания. Предназначение рамы — дополнять картину и показывать ее наилучшим образом.

А вот художник-абстракционист Пит Мондриан сравнивал рамы со стеной, которая стоит между зрителем и картиной. Ему хотелось убрать это чувство дистанции. И художник писал на самых краях полотен и даже на боковине.

Жоржу Сёра не нравилась тень, которую отбрасывают рамы на картину. И он часто сам изображал рамы из крохотных точек разных цветов. Кстати, по похожему принципу картин Сёра через полвека станет работать цветной телевизор.

3. Почему на картинах так много голых людей?

Фрагмент фрески Микеланджело «Сотворение Адама».

Еще древние греки считали, что обнаженное тело — это невероятно красиво.

В искусстве чаще всего нагота — это символ. Символ новой жизни, искренности, беспомощности живого существа, а также жизни и смерти.

Кроме того, ничто не вызывает такие сильные эмоции у зрителя, как нагота. Это может быть интерес, неловкость, стыд или восхищение.

4. Почему все такое плоское и вообще нереалистичное?

Картина чешского художника Богумила Кубишты «Гипнотизер».

Пожалуй, одно из самых частых обвинений в адрес современных мастеров звучит так: художники разучились похоже передавать действительность. Отсюда и заблуждение, будто предметы выглядят плоскими.

Но посмотрим, например, на полотна кубистов. Они ломают перспективу, но изображают предметы одновременно под разными углами и даже в разный момент времени. Поэтому нельзя сказать, что изображение на полотне двухмерное.

Рисовать «похоже» уже не надо — это может сделать фотография. Поэтому искать ответ на вопрос, почему художник на той или иной картине изобразил реальность плоской, нужно в самой задумке автора. Убирая одни детали изображения, художник акцентирует внимание на других. Упрощая изображение, он делает его более выразительным.

5. Художники XIX–XX веков не умели «нормально» рисовать? Или они это нарочно?

В XIX веке зародился стиль живописи под названием примитивизм, или наивное искусство. Его представители упрощали картину и делали формы примитивными, будто детские рисунки или первобытное искусство. Картины некоторых примитивистов вошли в сокровищницу мирового искусства и произвели сильное впечатление на своих современников. И это несмотря на то, что у художников наивной живописи не было академического образования. Пиросмани и Руссо были всего лишь самоучками, но их картины привлекли тех, кто повидал уже все и кому наскучила традиционная живопись. Такие картины были как глоток живительной простоты.

А вот профессиональные художники-авангардисты XIX–XX веков имели за плечами художественное образование и сильную базу. Они умели писать как угодно, но в какой-то момент решили это делать вот так, подражая примитивистам. Как говорится, так было задумано, ведь это совершенно новый (а значит, интересный для тех, кто устал от старого) способ воздействия на зрителя.

Художники прекрасно справились бы с картиной в духе академического классицизма, и именно поэтому для них это было скучно. Юный Пикассо писал трогательные и довольно реалистические портреты. А вот зрелый художник выбрал для себя путь, который шокирует, бодрит глаз, который помогает продемонстрировать крутое колористическое чутье и ощущение формы.

6. Должны ли картины непременно быть красивыми?

Красиво не значит искусство, и само искусство не всегда изображает красоту. Представление о прекрасном у каждого разное, и мнение отдельно взятого человека не может считаться эталоном.

Отвлечемся от живописи и проведем параллель с кино. Среди искусствоведов встречаем такое мнение: утверждать, что картины непременно должны быть красивыми, — то же самое, что говорить, будто настоящее кино — это только романтическая комедия или мелодрама с хеппи-эндом. А психологические драмы, боевики, триллеры — это и вовсе не кино. Согласитесь, логика в этом есть.

Искусство (и живопись в том числе) должно говорить на языке своего времени. И чтобы насладиться любой картиной, даже реалистичной, нужно знать, что на ней изображено. На выставках мы обычно читаем подписи к полотнам и даже пользуемся аудиогидом.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Женский журнал про диеты, отношения, красоту и стиль