Мы стояли в коридоре и выясняли отношения а в это время ко мне в квартиру шли и гости и проходил


Анекдот

Похожие:

— Ты меня любишь?
— Угу
— Ну что значит угу?
— Люблю-люблю!
— А почему ты говоришь так, будто хочешь отделаться?
— В смысле?
— Ну что значит люблю-люблю?
— А что это по-твоему значит?
— По-моему это значит – отвали.
— Я не понимаю, что ты хочешь?
— Чтобы ты сказал «люблю».
— Но я сказал «люблю» даже два раза.
— Ты не так сказал.
— А как надо было сказать?
— Надо было сказать «люблю»
— Ну хорошо, люблю.
— Отлично!
— Ты довольна?
— Нет!

Был свидетелем такой смешной истории.

Ну сел я в маршрутное такси как обычно и еду домой. Вдруг заходят два молодых парней и сели впереди меня. Едем дальше. Через некоторое время один из них попросил остановить. Выходя из маршрутки он сказал водителю что у него не чем платить. Ну и шофер естественно пожалел его сказав что он не против.

Но молодой парень, не хотев остаться у него в долгу, сказал: слышь шеф я в долгу оставаться не люблю так что ударь мне щелобаном по башке — и подставил свою голову. «Не надо» отмазывался шофер, но парень стоял на своем. Долго не думая шофер ударил по голове. Развернулся парень и хотел было уйти, но потом повернулся обратно и попросил ударить еще. «А это за чем?» «Ты бей» прозвучал в ответ. Шофер ударил еще раз.

Тогда молодой человек повернулся в салон и сказал другому парню: «Федя если что, я за тебя заплатил».

(Лучшие истории из жизни за неделю от сайта eku.ru)

— Ты меня любишь?
— Угу.
— Ну, что значит угу?
— Люблю, люблю!
— А почему ты говоришь так, будто хочешь отделаться?
— В смысле?
— Ну, что значит люблю-люблю?
— А, что это по-твоему значит?
— По-моему, это значит – отвали.
— Я не понимаю, что ты хочешь?
— Чтобы ты сказал «люблю».
— Но я сказал «люблю», даже два раза.
— Ты не так сказал.
— А, как надо было сказать?
— Надо было сказать «люблю»!
— Ну, хорошо, люблю.
— Отлично!
— Ты довольна?
— Нет!

Однажды к Геродоту подошел сосед и сказал ему:
«Геродот! У нас с другом возник спор. Его год был неурожайным, и он попросил в долг. Я дал ему 5 драхм, и он вернул мне их через год.
В следующий год мой сын должен был учиться ремеслу горшечника, и я, чтобы заплатить за его учебу, попросил 6 драхм у своего друга, и также вернул их через год, а друг сразу же попросил еще 2 драхмы, чтобы купить козу.
Еще через какое-то время я взял у него 5 драхм, потому что моя лодка дала пробоину, и я не мог ловить рыбу к столу. Наловив рыбы, я пошел к другу, но он попросил дать ему 7 драхм, так как пожар не обошел стороной его дом.
Я дал ему 7 драхм, а в прошлом году мы вместе гуляли с куртизанками и потратили 2 драхмы, но он выпил больше вдвое больше, чем я, вина, а я познал в полтора раза больше куртизанок.
Кто же из нас кому сейчас должен, мудрейший?»

Задумался Геродот и ответил:
«Сосед, ты столько говорил о деньгах. А сколько вы вместе пережили? По твоим словам я понял, что вы друзья не разлей вода, так стоит ли вам печалиться о долгах друг перед другом?»

Сосед сказал:
«Блин, как я мог забыть, что ты гуманитарий сраный. Пойду к Эратосфену».

— Да. Ничего из нашего сына не выйдет!
— Почему не выйдет? Нужно только немного терпения и постараться немного.
— Я сказал, что ничего из него не выйдет, значит ничего не выйдет!
— Ну ладно! Сынок — всё надоело уже ждать, вставай давай с горшка.

Денискины рассказы: о том, как всё было на самом деле

– Не клевещите. Ничего я не выливаю!

– Ах, не выливаете?! – язвительно рассмеялся милиционер. И, открыв дверь в коридор, крикнул: – Пострадавший!

И к нам вошел какой-то дяденька.

Я как на него взглянул, так сразу понял, что в Кремль я не пойду.

На голове у этого дяденьки была шляпа. А на шляпе – наша каша. Она лежала почти в середине шляпы, в ямочке, и немножко по краям, где лента, и немножко за воротником, и на плечах, и на левой брючине. Он как вошел, сразу стал заикаться:

– Главное, я иду фотографироваться… И вдруг такая история… Каша… мм… манная… Горячая, между прочим, сквозь шляпу и то… жжет… Как же я пошлю свое… фф… фото, когда я весь в каше?!

Тут мама посмотрела на меня, и глаза у нее стали зеленые, как крыжовник, а уж это верная примета, что мама ужасно рассердилась.

– Извините, пожалуйста, – сказала она тихо, – разрешите, я вас почищу, пройдите сюда!

И они все трое вышли в коридор.

А когда мама вернулась, мне даже страшно было на нее взглянуть. Но я себя пересилил, подошел к ней и сказал:

– Да, мама, ты вчера сказала правильно. Тайное всегда становится явным!

Мама посмотрела мне в глаза. Она смотрела долго-долго и потом спросила:

– Ты это запомнил на всю жизнь?

Мы как только узнали, что наши небывалые герои в космосе называют друг друга Сокол и Беркут, так сразу порешили, что я теперь буду Беркут, а Мишка – Сокол. Потому что все равно мы будем учиться на космонавтов, а Сокол и Беркут – такие красивые имена! И еще мы решили с Мишкой, что до тех пор, пока нас примут в космонавтскую школу, мы будем с ним понемножку закаляться как сталь. И как только мы это решили, я пошел домой и стал закаляться.

Я залез под душ и пустил сначала тепленькой водички, а потом, наоборот, поддал холодной. И я ее довольно легко перетерпел. Тогда я подумал, что, раз дело идет так хорошо, надо, пожалуй, подзакалиться чуточку получше, и пустил ледянистую струю. Ого-го! У меня сразу вжался живот, и я покрылся пупырками.

И так постоял с полчасика или минут пять и здорово закалился! И когда я потом одевался, то вспомнил, как бабушка читала стихи про одного мальчишку, как он посинел и весь дрожал.

А после обеда у меня потекло из носу и я стал чихать.

– Выпей аспирину, и завтра будешь здоров. Ложись-ка! На сегодня всё!

И у меня сейчас же испортилось настроение. Я чуть было не заревел, но в это время под окошком раздался крик:

– Бе-еркут. А Беркут. Да Беркут же.

Я подбежал к окошку, высунулся, а там Мишка! Я сказал:

– Чего тебе, Сокол?

– Давай выходи на орбиту!

Это во двор, значит. Я ему говорю:

– Мама не пускает. Я простудился!

А мама потянула меня за ноги и говорит:

– Не высовывайся так далеко! Упадешь! С кем это ты?

– Ко мне друг пришел. Небесный брат. Близнец! А ты мешаешь!

Но мама сказала железным голосом:

– Мне мама не велит высовываться…

Мишка немножко подумал, а потом обрадовался:

– Не велит высовываться, и правильно.

Тогда я все-таки немножко высунулся и сказал ему тихонько:

– Эх, Сокол ты мой, Сокол! Мне тут, может, сутки безвыходно торчать!

А Мишка опять все по-своему перевернул:

– И очень хорошо! Прекрасная тренировка! Закрой глаза и лежи как в сурдокамере!

– Вечером я с тобой установлю телефонную связь.

– Ладно, – сказал Мишка, – ты устанавливай со мной, а я – с тобой.

А я лег на папин диван и закрыл глаза и тренировался на молчание. Потом встал и сделал зарядку. Потом понаблюдал в иллюминатор неведомые миры, а потом пришел папа, и я принял ужин из натуральных продуктов. Самочувствие было превосходное. Я принес и разложил раскладушку.

А я сказал со значением:

– Вы как хотите, а я буду спать.

Мама положила мне руку на лоб и сказала:

А я ничего ей не сказал. Если они не понимают, что это все тренировка на космонавта, то зачем объяснять? Не стоит. Потом сами узнают, из газет, когда их благодарить будут за то, что воспитали такого сына, как я!

Пока я думал, прошло довольно много времени, и я вспомнил, что пора налаживать телефонную связь с Мишкой.

Я вышел в коридор и набрал номер. Мишка подошел сразу, только у него был какой-то чересчур толстый голос:

– Сокол, это ты или нет? Это Беркут! Как дела?

Он засмеялся, посопел и говорит:

– Очень остроумно! Ну, довольно разыгрывать. Сонечка, это вы?

– Какая там еще Сонечка, это Беркут! Ты что, обалдел?

– Кто это? Что за выражения? Хулиганство! Кто это говорит?

– Это никто не говорит.

И повесил трубку. Наверно, я не туда попал. Тут папа позвал меня, и я вернулся в комнату, разделся и лег. И только стал задремывать, вдруг: ззззззь! Телефон! Папа вскочил и выбежал в коридор, и, пока я нашаривал тапочки, я слышал его серьезный голос:

– Беркутова? Какого Беркутова? Здесь такого нет! Набирайте внимательно!

Я сразу понял, что это Мишка! Это связь! Я выбежал в коридор прямо в чем мать родила, в одних трусиках.

– Это меня, меня! Это я Беркут!

Папа сейчас же отдал мне трубку, и я закричал:

– Это Сокол? Это Беркут! Слушаю вас!

– Докладывай, чем занимаешься!

– Я тоже! Я уже почти совсем заснул, да вспомнил одно важное дело! Беркут, слушай! Перед сном надо спеть! Вдвоем! На пару! Чтобы у нас получился космический дуэт!


Я прямо подпрыгнул:

– Молодец, Сокол! Давай любимую космонавтскую! Подпевай!

И я запел изо всех сил. Я хорошо пою, громко! Громче меня никто не может. Я по громкости первый в нашем хоре. И вот когда я запел, сейчас же изо всех дверей стали высыпать соседи, они кричали: «Безобразие… Что случилось… Уже поздно… Распустились… Здесь коммунальная квартира… Я думала, поросенка режут…» – но папа им сказал:

– Это небесные близнецы, Сокол и Беркут, поют перед сном!

И тогда все замолчали.

А мы с Мишкой допели до конца:

…На пыльных тропинках далеких планет
Останутся наши следы!

Один раз я сидел, сидел и ни с того ни с сего вдруг такое надумал, что даже сам удивился. Я надумал, что вот как хорошо было бы, если бы все вокруг на свете было устроено наоборот. Ну вот, например, чтобы дети были во всех делах главные и взрослые должны были бы их во всем, во всем слушаться. В общем, чтобы взрослые были как дети, а дети как взрослые. Вот это было бы замечательно, очень было бы интересно.

Во-первых, я представляю себе, как бы маме «понравилась» такая история, что я хожу и командую ею как хочу, да и папе небось тоже бы «понравилось», а о бабушке и говорить нечего. Что и говорить, я все бы им припомнил! Например, вот мама сидела бы за обедом, а я бы ей сказал:

«Ты почему это завела моду без хлеба есть? Вот еще новости! Ты погляди на себя в зеркало, на кого ты похожа? Вылитый кощей! Ешь сейчас же, тебе говорят! – И она бы стала есть, опустив голову, а я бы только подавал команду: – Быстрее! Не держи за щекой! Опять задумалась? Все решаешь мировые проблемы? Жуй как следует! И не раскачивайся на стуле!»

И тут вошел бы папа после работы, и не успел бы он даже раздеться, а я бы уже закричал:

«Ага, явился! Вечно тебя надо ждать! Мой руки сейчас же! Как следует, как следует мой, нечего грязь размазывать. После тебя на полотенце страшно смотреть. Щеткой три и не жалей мыла. Ну-ка, покажи ногти! Это ужас, а не ногти. Это просто когти! Где ножницы? Не дергайся! Ни с каким мясом я не режу, а стригу очень осторожно. Не хлюпай носом, ты не девчонка… Вот так. Теперь садись к столу».

Он бы сел и потихоньку сказал маме:

«Ну, как поживаешь?»

А она бы сказала, тоже тихонько:

А я бы немедленно:

«Разговорчики за столом! Когда я ем, то глух и нем! Запомните это на всю жизнь. Золотое правило! Папа! Положи сейчас же газету, наказание ты мое!»

И они сидели бы у меня как шелковые, а уж когда бы пришла бабушка, я бы прищурился, всплеснул руками и заголосил:

«Папа! Мама! Полюбуйтесь-ка на нашу бабуленьку! Каков вид! Грудь распахнута, шапка на затылке! Щеки красные, вся шея мокрая! Хороша, нечего сказать. Признавайся, опять в хоккей гоняла? А это что за грязная палка? Ты зачем ее в дом приволокла? Что? Это клюшка? Убери ее сейчас же с моих глаз – на черный ход!»

Тут я бы прошелся по комнате и сказал бы им всем троим:

«После обеда все садитесь за уроки, а я в кино пойду!»

Конечно, они бы сейчас же заныли и захныкали:

«И мы с тобой! И мы тоже хотим в кино!»

«Нечего, нечего! Вчера ходили на день рождения, в воскресенье я вас в цирк водил! Ишь! Понравилось развлекаться каждый день. Дома сидите! Нате вам вот тридцать копеек на мороженое, и всё!»

Тогда бы бабушка взмолилась:

«Возьми хоть меня-то! Ведь каждый ребенок может провести с собой одного взрослого бесплатно!»

Но я бы увильнул, я сказал бы:

«А на эту картину людям после семидесяти лет вход воспрещен. Сиди дома, гулёна!»

И я бы прошелся мимо них, нарочно громко постукивая каблуками, как будто я не замечаю, что у них у всех глаза мокрые, и я бы стал одеваться, и долго вертелся бы перед зеркалом, и напевал бы, и они от этого еще хуже бы мучились, а я бы приоткрыл дверь на лестницу и сказал бы…

Но я не успел придумать, что бы я сказал, потому что в это время вошла мама, самая настоящая, живая, и сказала:

– Ты еще сидишь! Ешь сейчас же, посмотри, на кого ты похож? Вылитый кощей.

Надо иметь чувство юмора

Один раз мы с Мишкой делали уроки. Мы положили перед собой тетрадки и списывали. И в это время я рассказывал Мишке про лемуров, что у них большие глаза, как стеклянные блюдечки, и что я видел фотографию лемура, как он держится за авторучку, сам маленький-маленький и ужасно симпатичный.

Потом Мишка говорит:

– Ты мою тетрадку проверь, – говорит Мишка, – а я – твою.

И мы поменялись тетрадками.

И я как увидел, что Мишка написал, так сразу стал хохотать.

Гляжу, а Мишка тоже покатывается, прямо синий стал.

– Ты чего, Мишка, покатываешься?

– Я покатываюсь, что ты неправильно списал! А ты чего?

– А я то же самое, только про тебя. Гляди, ты написал: «Наступили мозы». Это кто такие – «мозы»?

– Мозы – это, наверно, морозы. А ты вот написал: «Натала зима». Это что такое?

– Да, – сказал я, – не «натала», а «настала». Ничего не попишешь, надо переписывать. Это всё лемуры виноваты.

И мы стали переписывать. А когда переписали, я сказал:

– Давай задачи задавать!

– Давай, – сказал Мишка.

В это время пришел папа. Он сказал:

– Здравствуйте, товарищи студенты…

– Вот, папа, послушай, какую я Мишке задам задачу: вот у меня есть два яблока, а нас трое, как разделить их среди нас поровну?

Мишка сейчас же надулся и стал думать. Папа не надулся, но тоже задумался. Они думали долго.

– Чтобы мы все получили поровну, надо из этих яблок сварить компот. – И стал хохотать: – Это меня тетя Мила научила.

Мишка надулся еще больше. Тогда папа сощурил глаза и сказал:

– А раз ты такой хитрый, Денис, дай-ка я задам тебе задачу.

– Давай задавай, – сказал я.

Папа походил по комнате.

– Ну слушай, – сказал папа. – Один мальчишка учится в первом классе «В». Его семья состоит из пяти человек. Мама встает в семь часов и тратит на одевание десять минут. Зато папа чистит зубы пять минут. Бабушка ходит в магазин столько, сколько мама одевается плюс папа чистит зубы. А дедушка читает газеты, сколько бабушка ходит в магазин минус во сколько встает мама.

Когда они все вместе, они начинают будить этого мальчишку из первого класса «В». На это уходит время чтения дедушкиных газет плюс бабушкино хождение в магазин.

Когда мальчишка из первого класса «В» просыпается, он потягивается столько времени, сколько одевается мама плюс папина чистка зубов. А умывается он, сколько дедушкины газеты, деленные на бабушку На уроки он опаздывает на столько минут, сколько потягивается плюс умывается минус мамино вставание, умноженное на папины зубы.

Спрашивается: кто же этот мальчишка из первого «В» и что ему грозит, если это будет продолжаться? Всё!

Тут папа остановился посреди комнаты и стал смотреть на меня. А Мишка захохотал во все горло и стал тоже смотреть на меня. Они оба на меня смотрели и хохотали.

– Я не могу сразу решить эту задачу, потому что мы еще этого не проходили.

И больше я не сказал ни слова, а вышел из комнаты, потому что я сразу догадался, что в ответе этой задачи получится лентяй и что такого скоро выгонят из школы. Я вышел из комнаты в коридор и залез за вешалку и стал думать, что если это задача про меня, то это неправда, потому что я всегда встаю довольно быстро и потягиваюсь совсем недолго, ровно столько, сколько нужно. И еще я подумал, что если папе так хочется на меня выдумывать, то пожалуйста, я могу уйти из дома прямо на целину. Там работа всегда найдется, там люди нужны, особенно молодежь. Я там буду покорять природу, и папа приедет с делегацией на Алтай, увидит меня, и я остановлюсь на минутку, скажу:

«Здравствуй, папа», – и пойду дальше покорять.

«Тебе привет от мамы…»

«Спасибо… Как она поживает?»

«Наверно, она забыла своего единственного сына?»

«Что ты, она похудела на тридцать семь кило! Вот как скучает!»

А что я ему скажу дальше, я не успел придумать, потому что на меня упало пальто и папа вдруг прилез за вешалку. Он меня увидел и сказал:

– Ах ты, вот он где! Что у тебя за такие глаза? Неужели ты принял эту задачу на свой счет?

Он поднял пальто и повесил на место, и сказал дальше:

– Я это все выдумал. Такого мальчишки и на свете-то нет, не то что в вашем классе!

И папа взял меня за руки и вытащил из-за вешалки. Потом еще раз поглядел на меня пристально и улыбнулся:


– Надо иметь чувство юмора, – сказал он мне, и глаза у него стали веселые-веселые. – А ведь это смешная задача, правда? Ну! Засмейся!

И мы пошли в комнату.

Двадцать лет под кроватью

Никогда я не забуду этот зимний вечер. На дворе было холодно, ветер тянул сильный, прямо резал щеки, как кинжалом, снег вертелся со страшной быстротой. Тоскливо было и скучно, просто выть хотелось, а тут еще папа и мама ушли в кино. И когда Мишка позвонил по телефону и позвал меня к себе, я тотчас же оделся и помчался к нему. Там было светло и тепло и собралось много народу, пришла Аленка, за нею Костик и Андрюшка. Мы играли во все игры, и было весело и шумно. И под конец Аленка вдруг сказала:

– А теперь в прятки! Давайте в прятки!

И мы стали играть в прятки. Это было прекрасно, потому что мы с Мишкой все время подстраивали так, чтобы водить выпадало маленьким – Костику или Аленке, а сами все время прятались и вообще водили малышей за нос. Но все наши игры проходили только в Мишкиной комнате, и это довольно скоро нам стало надоедать, потому что комната была маленькая, тесная и мы все время прятались за портьеру, или за шкаф, или за сундук, и в конце концов мы стали потихоньку выплескиваться из Мишкиной комнаты и заполнили своей игрой большущий длинный коридор квартиры.

В коридоре было интереснее играть, потому что возле каждой двери стояли вешалки, а на них висели пальто и шубы. Это было гораздо лучше для нас, потому что, например, кто водит и ищет нас, тот уж конечно не сразу догадается, что я притаился за Марьсемениной шубой и сам влез в валенки как раз под шубой.

И вот, когда водить выпало Костику, он отвернулся к стене и стал громко выкрикивать:

– Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Я иду искать!

Тут все брызнули в разные стороны, кто куда, чтобы прятаться. А Костик немножко подождал и крикнул снова:

– Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Я иду искать! Опять!

Это считалось как бы вторым звонком. Мишка сейчас же залез на подоконник, Аленка – за шкаф, а мы с Андрюшкой выскользнули в коридор. Тут Андрюшка, не долго думая, полез под шубу Марьи Семеновны, где я все время прятался, и оказалось, что я остался без места! И я хотел дать Андрюшке подзатыльник, чтобы он освободил мое место, но тут Костик крикнул третье предупреждение:

– Пора не пора, я иду со двора!

И я испугался, что он меня сейчас увидит, потому что я совершенно не спрятался, и я заметался по коридору туда-сюда, как подстреленный заяц. И тут в самое нужное время я увидел раскрытую дверь и вскочил в нее.

Это была какая-то комната, и в ней на самом видном месте, у стены, стояла кровать, высокая и широкая, так что я моментально нырнул под эту кровать. Там был приятный полумрак и лежало довольно много вещей, и я стал сейчас же их рассматривать. Во-первых, под этой кроватью было очень много туфель разных фасонов, но все довольно старые, а еще стоял плоский деревянный чемодан, а на чемодане стояло алюминиевое корыто вверх тормашками, и я устроился очень удобно: голову на корыто, чемодан под поясницей – очень ловко и уютно. Я рассматривал разные тапочки и шлепанцы и все время думал, как это здорово я спрятался и сколько смеху будет, когда Костик меня тут найдет.

Я отогнул немножко кончик одеяла, которое свешивалось со всех сторон до пола и закрывало от меня всю комнату: я хотел глядеть на дверь, чтобы видеть, как Костик войдет и будет меня искать. Но в это время в комнату вошел никакой не Костик, а вошла Ефросинья Петровна, симпатичная старушка, но немножко похожая на Бабу-ягу.

Она вошла, вытирая руки о полотенце.

Я все время потихоньку наблюдал за нею, думал, что она обрадуется, когда увидит, как Костик вытащит меня из-под кровати. А я еще для смеху возьму какую-нибудь ее туфлю в зубы, она тогда наверняка упадет от смеха. Я был уверен, что вот еще секунда или две промелькнут, и Костик обязательно меня обнаружит. Поэтому я сам все время смеялся про себя, без звука.

У меня было чудесное настроение. И я все время поглядывал на Ефросинью Петровну. А она тем временем очень спокойно подошла к двери и ни с того ни с сего плотно захлопнула ее. А потом, гляжу, повернула ключик – и готово! Заперлась. Ото всех заперлась! Вместе со мной и корытом. Заперлась на два оборота.

В комнате сразу стало как-то тихо и зловеще. Но тут я подумал, что это она заперлась не надолго, а на минутку, и сейчас отопрет дверь, и все пойдет как по маслу, и опять будет смех и радость, и Костик будет просто счастлив, что вот он в таком трудном месте меня отыскал! Поэтому я хотя и оробел, но не до конца, и все продолжал посматривать на Ефросинью Петровну, что же она будет делать дальше.

А она села на кровать, и надо мной запели и заскрежетали пружины, и я увидел ее ноги. Она одну за другой скинула с себя туфли и прямо в одних чулках подошла к двери, и у меня от радости заколотилось сердце.

Я был уверен, что она сейчас отопрет замок, но не тут-то было. Можете себе представить, она – чик! – и погасила свет. И я услышал, как опять завыли пружины над моей головой, а кругом кромешная тьма, и Ефросинья Петровна лежит в своей постели и не знает, что я тоже здесь, под кроватью. Я понял, что попал в скверную историю, что теперь я в заточении, в ловушке.

Сколько я буду тут лежать? Счастье, если час или два! А если до утра? А как утром вылезать? А если я не приду домой, папа и мама обязательно сообщат в милицию. А милиция придет с собакой-ищейкой. По кличке Мухтар. А если в нашей милиции никаких собак нету? И если милиция меня не найдет? А если Ефросинья Петровна проспит до самого утра, а утром пойдет в свой любимый сквер сидеть целый день и снова запрет меня, уходя? Тогда как? Я, конечно, поем немножко из ее буфета, и, когда она придет, придется мне лезть под кровать, потому что я съел ее продукты и она отдаст меня под суд! И чтобы избежать позора, я буду жить под кроватью целую вечность? Ведь это самый настоящий кошмар! Конечно, тут есть тот плюс, что я всю школу просижу под кроватью, но как быть с аттестатом, вот в чем вопрос. С аттестатом зрелости! Я под кроватью за двадцать лет не то что созрею, я там вполне перезрею.

Тут я не выдержал и со злости как трахнул кулаком по корыту, на котором лежала моя голова! Раздался ужасный грохот! И в этой страшной тишине при погашенном свете и в таком моем жутком положении мне этот стук показался раз в двадцать сильнее. Он просто оглушил меня.

И у меня сердце замерло от испуга. А Ефросинья Петровна надо мной, видно, проснулась от этого грохота. Она, наверное, давно спала мирным сном, а тут пожалуйте – тах-тах из-под кровати! Она полежала маленько, отдышалась и вдруг спросила темноту слабым и испуганным голосом:

Я хотел ей ответить: «Что вы, Ефросинья Петровна, какое там “караул”? Спите дальше, это я, Дениска!» Я все это хотел ей ответить, но вдруг вместо ответа как чихну во всю ивановскую, да еще с хвостиком:

– Апчхи! Чхи! Чхи! Чхи.

Там, наверное, пыль поднялась под кроватью ото всей этой возни, но Ефросинья Петровна после моего чиханья убедилась, что под кроватью происходит что-то неладное, здорово перепугалась и закричала уже не с вопросом, а совершенно утвердительно:

И я, непонятно почему, вдруг опять чихнул изо всех сил, с каким-то даже подвыванием чихнул, вот так:

Ефросинья Петровна как услышала этот вой, так закричала еще тише и слабей:

И, видно, сама подумала, что если грабят, так это ерунда, не страшно. А вот если… И тут она довольно громко завопила:

Друг оказался с нами в постели вдруг

Ища третьего для постельных игр нашей пары, мы никогда не рассматривали друзей, знакомых или коллег. Даже если жене кто-либо и был симпатичен настолько, что она допускала мысль о сексе с ним, то дальше этого признания тему ни я, ни она не развивали. Да и честно говоря, таких людей немного.

Те, кто действительно близки — мы знаем, как они относятся к интимной сфере, их предпочтения, желания. И никто из них по-настоящему не привлекает как партнёр, просто воспринимаются уже как братья что ли, в том числе женой. А те, кто действительно возбуждают жену — они и не так уж хорошо знакомы нам, чтобы пытаться прощупать их отношение к этому. Сначала бы узнать их получше, а потом довериться. Но в том то и дело, что узнавать нет желания.

В общем, все давно уже застыли на том уровне общения, которого достигли. И как-то проще жить и общаться, зная, что наши приключения — это секрет, что это наша вторая, другая жизнь, о которой никто не догадывается. А что-то выяснять, рискуя быть воспринятым как извращенец и остаться непонятым, разладив имеющиеся отношения, совершенно не хочется. Конечно, поиск среди незнакомцев не так уж и прост, но по крайней мере ты ищешь подходящего тебе человека из целевой аудитории, которого не коробит от секса на чужих глазах, а если он тебе чем-то не понравится — ты его больше не увидишь. А обычное общение и не обязано складываться, я имею ввиду, больше, чем требуется для проведения вечера, который завершится сексом втроём.

Поэтому друг, оказавшийся в нашей постели — случай необычный и нетипичный. Поэтому и хочется о нём рассказать, как так получилось. Сразу скажу — желания после этого затащить в постель к моей жене ещё кого-нибудь из знакомых не появилось — по вышеизложенным причинам. Почему же это вышло с ним? Друзья бывают разные. С детсада у меня друзей не осталось, что неудивительно, школьные как-то разошлись по жизни.

Саня — мой друг по университету.
Остальные, появившиеся позже, уже никогда не достигали той степени близости и откровенности, которая у меня была с Саней. Это был безбашенный период нашей молодости, общага, попойки весёлые, студентки, достоинства и недостатки которых мы обсуждали вместе, и не всегда только по рассказам друг друга — с парочкой из них мы встречались по очереди, с одной сначала он, потом я после него её подхватил, и наоборот. А было даже, что в одной комнате на разных кроватях трахались со своими подругами одновременно после застолья. Так что были мы в этом плане более чем раскрепощены. Но Саня не был знаком с моей женой, он уехал в другой город (правильнее даже сказать в другую часть света) через некоторое время после окончания учёбы, а я в Москву. Переписывались, пересекались, вместе ездили в отпуска иногда. Но со временем, конечно же, активность спала. Я женился. Прошло ещё время, и мы с женой нашли в свинге и сексе втроём новые ощущения для себя. А с Саней как-то связь совсем пропала. То есть он был в курсе, что я женат на красавице, но мысль взять и написать ему о наших приключениях само собой не возникала. Всё это описываю для понимания наших с ним отношений и степени близости. И вот он неожиданно приезжает в Москву в командировку. Дней немного, график плотный, но встретиться горит. Договорились, что останется на субботу, погуляем, а переночует вместо гостиницы у нас.

Приехал: отлично прогулялись, посидели в кафе, поздно вечером, взяв пару бутылок шампанского отправились домой к нам. Но к этому времени у нас с любимой уже созрел план. Дело было так: во время прогулки она шепнула мне, пока он был чуть впереди, что он ей очень понравился, и она хотела бы посмотреть, что у него под майкой и в штанах. Это могло остаться обычной откровенной дразнилкой, которая никогда не заходит у нас дальше, но что-то в моей голове замкнуло, и я ответил: «А знаешь, а вот с Сашкой я готов поделиться тобой хоть сейчас.» Она посмотрела на меня, но ничего не сказала. А через некоторое время, спросила: «А ты шутил насчёт Саши?», я понял, о чём она, и проанализировал своё состояние, свои мысли. «Нет, не шутил, мы с ним настолько близки, хоть и не общались давно, и он ни чуть не изменился в худшую сторону, что уверен — это не испортит наши отношения. И жалеть не буду точно. А даже буду рад поделиться тобою с ним, пусть, когда уедет — знает, чему завидовать мне!» — даже пошутил в конце. И вот тогда, когда он периодически отрывался от нас, мы и придумали план по соблазнению. Чтобы без неловкости и естественно всё это вышло.

Итак, мы вернулись домой.
Расселись вокруг журнального столика и стали выпивать.
Расспрашивали его о впечатлениях.
Моя любимая переоделась в обычную домашнюю одежду: короткие шорты и топик без лифчика. Это был первый этап расслабления моего друга, которое нам надо было ускоренно пройти за этот вечер. Обычно при гостях она лифчик одевает, но сегодня можно и без него (нужно). Саня не мог не коситься на её выпирающие сосочки. Я ловил его взгляды, понимая, что мы на верном пути. За разговорами приглушили свет, сделали его более интимным. Потихонечку пьянели (не сильно, конечно же).

Любимая ушла в душ. Я начал расспрашивать Саню, как она ему. Я бы стал это делать в любом случае, конечно же, но теперь была и ещё одна цель. Он рассыпался в комплиментах, и я ещё раз убедился, что мы на верном пути. Было видно, что она ему искренне нравится не только как человек. Немного рассказал ему о том, какая она горячая в постели, и это тоже было естественно и нисколько не смутило его, как могло бы смутить кого-либо другого. Она прошла мимо нас в спальню, обмотанная полотенцем. А вернулась, как мы и договаривались, в шикарном нижнем белье: кружевных бюстгальтере и трусиках, кружева закрывали самые интимные части: сосочки и писечку, но полупрозрачная ткань лишь прикрывала, но не скрывала остальную поверхность сисечек и совершенно выбритый лобок, не говоря уже о попке.

Я налил и передал ей бокал. Видно было по лицу Сани, как он ошарашен. Но моя дорогая и я были невозмутимы, как будто ничего не произошло необычного, и так и надо.
Часто ваши жёны появляются в одном нижнем белье перед гостями? Да ещё и в таком? Ещё полчаса мы обсуждали разные вещи, давая ему попривыкнуть к прелестям жены. После чего ушли спать, оставив его одного.

Минут через пятнадцать я отправил её к нему: «Он точно не может уснуть». Она вошла в комнату в том же наряде, с ополовиненной бутылкой шампанского в одной руке и с двумя бокалами в другой.
«Думала, мы с Олегом допьём её и займёмся сексом, но он устал и быстро уснул, составишь компанию?» и села к нему на кровать (раскладной диван). Его лицо выражало борьбу с возбуждением. Одной рукой он облокачивался на кровать, в другой держал бокал и не мог быстро отреагировать, когда она запустила руку под одеяло и сквозь трусы нащупала его член. Он стоял колом, так что всё идёт по плану, подумала она.

Прошло несколько секунд, прежде чем он поставил бокал и убрал её руку. За еле прикрытой дверью я вслушивался в их разговор. Он говорил, что считает это неправильным, что не будет спать с женой друга, если она хочет — они посидят, но она не будет прикасаться к нему. Она объясняла ему, что всё в порядке, рассказала вкратце о наших с ней увлечениях, заверила, что я в курсе и не против. Он ответил, что понимает, и это очень интересно, но без меня и моего разрешения даже думать не хочет об этом. И тогда она позвала меня.

Я вошёл в комнату, сел в кресло напротив и сказал Сане, что я не против. Но тогда я понаблюдаю за ними. Саня сдался, но активности не проявлял. Моя любимая не спеша взяла инициативу в свои руки, она сбросила с него одеяло и села попкой на его член. Расстегнула и кинула мне бюстгальтер. В полутьме, в свете луны её топорщящиеся сисечки смотрелись ещё соблазнительнее, чем обычно. Она тёрлась о его член, опёршись на него руками. Затем взяла его руку и прислонила к своей груди. Он посмотрел на меня, я кивнул. И тогда он постепенно стал перехватывать инициативу, поняв окончательно, что всё в порядке. Он мял её грудь, а затем притянул к себе, и они стали целоваться. Его руки шарили по всему её телу, сжимали её попку, гладили бёдра. Затем он перевернул её на спину и поцелуями покрыл всё её тело.

Становилось жарче. Что испытывал я? Что-то большее, чем обычно. Я как будто отдал старый долг, долг дружбы, отдал его своей женой, именно такие мысли бродили в моей голове и возбуждали меня сильнее, чем обычно. А ещё я думал о том, как мне повезло с таким другом, который так нежно и бережно относится к моей жене. И я радовался, что разделив её, мы стали ещё ближе друг к другу. Забегая вперёд, после того, как он уехал, наша переписка возобновилась с новой силой, и в ней мы немало времени посвящали ей: я рассказывал ему о наших приключениях и планах на новые, иногда он подсказывал сценарии, о том, как она невероятно сексуальна, что я могу в полной мере оценить только со стороны, видя её в чужих руках, её фото, удачные и не очень в разных ракурсах и степени обнажения. Поверьте, этого не хватает — делиться тем, насколько у вас невероятная жена. С незнакомцами, да, можно, читать их комментарии, видеть лайки. Но когда есть кто-то, кого ты знаешь, и кто готов это оценить — друг, но не только по жизни, а и по жизни и по постели, самый близкий в жизни друг, ближе некуда, это дорогого стоит.

Наконец их прелюдия подошла к концу, моя девочка вырвалась из его объятий и попросила его лечь на спину опять. После чего стянула с него трусы и стала знакомиться с его членом уже напрямую, а не через бельё. Она трогала его рукой, водила по нему, сжимала в кулаке. А затем поцеловала и принялась обрабатывать язычком и губами. Поглотила его своим ротиком и сделала минет, невероятный, как она умеет, натренировавшись на куче членов. Но недолго, что-что, а заставить кончить ротиком за пару минут она умеет, но ей хотелось держать напряжение, не дать ему отдохнуть прежде, чем она ощутит его внутри себя.

Она сняла трусики и легла, плечами опёршись на стену и раздвинув ноги, приглашая его войти. Он всё понял и сидя вошёл. Держа её за ноги, наращивал темп, впечатывая её в стену. Она облизывала свой палец и теребила им соски, возбуждая его ещё сильнее, сводя с ума. Затем она снова повалила его на спину и села на него в позе наездницы и уже сама трахала его. Через некоторое время встала и приняла догги-позицию. Он не заставил себя ждать. Догги-позиция — это всегда не нежность, а трах, [*****] Напряжение выросло и ей уже хотелось погрубее. И он [*****] её и вы*бал.

Я разрешил ей с ним без презерватива, а он о нём даже и не вспомнил (потом он признавался, что кончив — запаниковал), поэтому, когда она кончила и сама стала насаживаться на него, он еле успел вытащить член. Сперма выскочила ещё внутри, последние её струи влетели в уже закрывавшийся бутон жены. Он сидел, смотрел на неё, на меня (тогда я не знал, что он паникует), а жена продолжала стоять в догги, переваривая экстаз.

Наконец, она попросила меня: «Милый, подай салфетки». Я подошёл к ним, оторвал салфеток ему, чтобы вытер член, и сам тщательно протёр её писечку, убрав всё снаружи и насколько было возможно — внутри. Она встала, и мы слились в поцелуе. Затем убежала в душ. «Ну как она тебе?», «Нет слов» — ответил он.

Он рухнул на кровать, прикрыл член одеялом и рассыпался в новых, но немного из иной сферы комплиментах жены. Уточнять, точно ли всё в порядке, и что это вообще было, конечно же, было бессмысленно. Любимая вышла из душа — абсолютно голенькая. Подбежала к нему, пожелала спокойной ночи и поцеловала в губы, после чего мы отправились к себе в комнату. Перед тем, как заснуть, она рассказала мне о своих впечатлениях, как обычно мы делаем, и на этот раз я потребовал от неё минет. Кончил я быстро и обильно, после чего, обнявшись, мы уснули.

Утром не было никакой неловкости.
Любимая была в шортах и топике (опять без лифчика — для Сани можно).
Мы проводили вместе его до аэроэкспресса.

На прощание она сказала ему «Приезжай ещё».

6 признаков того, что мужчина вас любит

При общении с вами мужчины о своих чувствах не говорят, так как до конца сами их не всегда осознают. Многим мужчинам очень трудно сказать «я тебя люблю». Но можно самой выяснить, как относится к вам мужчина, с которым вы встречаетесь, и спрашивать его об этом не обязательно.

Фотогалерея: 6 признаков того, что мужчина вас любит

Кроме слов о любви каждый человек выражаетпризнаки своих чувств. В случае если вы понаблюдаете за мужчиной, можно онастоящих чувствах его к вам узнать всю правду. Многим женщинам хочется напервом же свидании подтверждения любви, но стоит понять, что он только к вамприсматривается. Мужчине необходимо время, чтобы определить свои чувства к вам,даже если очень вы ему понравились. Но если со временем в его поведенииприсутствуют шесть следующих признаков, то мужчина вас любит.

Ксли женщина не любит мужчину: признаки

Заставляет ли ончувствовать вас себя особенной?

Нужно знать, что мужчине женщина либо нравится, либо не нравится, атретьего не дано. Мужчина либо общается с женщиной, либо не общается. И если оней не звонит, значит, не считает нужным и ничего не сможет его заставить этоделать. Мужчина не станет прилагать усилий,чтобы ей понравиться. В случае если он затрачивает массу усилий для того, чтобысделать вам приятное и хочет, чтобы вы проводили с ним время интересно и весело, значит,он о вас заботится и ему не безразлично ваше настроение. Если мужчина прилагаетмассу усилий для того, чтобы вы почувствовали себя особенной, значит, он и всамом деле вас любит. Если он продумывает заранее, как вы совместно будетепроводить время, если он дарит вам подарки, учитывая ваши интересы, то этоотличный признак для ваших отношений.

Хочет ли мужчина прикасатьсяк вам и обнимать?

Если кавалер, с которым вы встречаетесь, зачастую к вам прикасается,например, во время разговора к рукам, к лицу и волосам во время поцелуя, то онточно в вас влюблен. Женщин, которых любят, мужчины готовы обнимать всегда.Мужчины нежны и ласковы только с теми женщинами, которых они любят. Мужчина, которыйс женщиной встречается ради секса, никогда не станет шептать ей на ушколасковые слова и никогда не будет женщину гладить по волосам и их целовать. Такжемужчина, которому нужен просто секс, не станет надолго оставаться иразговаривать с дамой на душевные темы. Но в случае, если после проведеннойсовместно ночи он и утром ласков и нежен с вами, целует и гладит вас, то этодля ваших отношений очень хороший знак. Это является признаком его влюбленностив вас.

Проводит ли ваш мужчинас вами выходные дни?

Выходные дни для свободных мужчин являются особенными. Чтобы их хорошопровести, они всегда строят планы заранее. Ведь после нескольких рабочих дней отвыходных хочется получить самое лучшее настроение и впечатление. Если мужчинане влюблен в женщину, то он не станет выходные дни тратить на нее, лучше онпроведет свой досуг с друзьями. В случае если мужчина заранее спрашивает оваших планах на выходные, то он серьезно в этом заинтересован и это еще один признактого, что мужчина вас любит. Ведь если собирается он провести эти дни только свами, то у него присутствует полная уверенность, что это время будетгарантированно прекрасным.

Ревнует ли вас мужчина?

Следующий признак того, что мужчина вас любит — это разумная ревность.Ведь если у него есть чувства к вам, то ему хочется для вас быть самым лучшим.При этом любое сравнение с другим мужчиной, если оно не в него пользу, станетего злить. Также злить его могут и ваши друзья мужского пола, с которыми вы будитеразговаривать по телефону или здороваться на улице.

Начинает ли мужчина свами строить совместные планы на жизнь?

Если мужчина вам звонит каждую свободную минуту с работы, это означает, что действительно он к вам питает самые большие чувства – от разговора с вамиему становится очень хорошо. Если он приглашает вас довольно часто насовместное времяпровождение, то он очень ждет встречи и ему просто необходимаваша компания. Женщину для секса мужчина обычно приглашает к себе домой, либо вгостиницу. А если вас приглашают просто прогуляться по набережной, сходить впарк, в кино, в театр, то его чувства действительно серьезные, ему нравитсябыть рядом с вами. Если мужчина, например, зимой, планирует именно с вамисъездить на отдых летом, то он планирует и дальше с вами быть рядом. Еслимужчина советуется с вами по поводу приобретения чего-либо, его интересуетименно ваше мнение, то это пятый признак того, что мужчина вас любит. Этотпризнак важный. Заметьте, он вас учитывает в своих разговорах о будущем или нет?Использует ли он такие местоимения как, «нас», «мы»? Если да, то можете бытьуверенной, что именно вы в его дальнейшей жизни.

Познакомил ли мужчинавас со своими родителями и друзьями?

Запомните, мужчина свою любимую женщину никогда не боится представить своимдрузьям и родным. Если он с удовольствием вас знакомит со своими друзьями – этознак довольно хороший, если он вас вводит в свою семью, то это простопрекрасный знак. Ведь мужчина не станет знакомить вас с родными и друзьями, еслион не влюблен в вас, и он также хочет, чтобы все об этом знали. Мужчине никогдане придет в голову познакомить с родными девушку, которая ему безразлична.Можно сделать вывод, что если он вас познакомил или планирует познакомить со своими близкими и друзьями, то мужчинаточно вас любит и хочет построить с вами будущее.

Если эти 6 признаков отсутствуют довольно длительное время, то может бытьстоит вам с вашим мужчиной поговорить о его намерениях. Но также следуетучитывать, что эти признаки сразу также не появляются – необходимо какое-товремя. Самое главное — нельзя мужчину торопить, упрекать в том, что он вам недоверяет. Любая женщина искренние отношения к себе всегда чувствует (вовзгляде, в разговоре, в прикосновениях и пр.) и если к ним прибавить такие выше приведенные признаки любви, то женщина можетбыть уверенной, что мужчина ее любит.

Студенческая общага-1

Мне хочется рассказать вам одну свою историю, которая сильно изменила мою жизнь и моё отношение ко всему на земле и в этом мире.
Я с детства была не такая, как все девочки и мне не раз об этом говорила моя двоюродная сестра Светка. Про таких говорят: «Яблоко от яблони недалеко падает.», но ничего такого, что вытворяла я, мои родители не делали. Для них это было и считается по сей день полным бесстыдством.
Я привыкла ещё с малолетства купаться голышом, когда меня родители водили на озеро и эта привычка сохранилась и по сей день. Я не люблю носить множество разных тряпок и стараюсь одеваться, как можно по минимуму. От этого наверное со мной и происходит всякое, что с нормальным человеком и не должно произойти никогда. Хотя никто от этого не застрахован.
Это произошло со мной, когда я училась в институте и так как я жила в пригороде в частном доме и приходилось с трудом добираться до института, мне выделили койку-место в общежитии. В комнате нас поселилось три девчонки и все с разных факультетов. На первом курсе мы сидели и практически зубрили азы науки и познавали всё, что нам задавали наши преподаватели. Учить приходилось много и мы не успевали. К концу учебного года у меня осталось несколько хвостов и съездив домой, я снова вернулась в общагу. Девчонкам повезло и они спокойно отдыхали уже дома и я в комнате осталась одна. Общага заметно опустела, а кто и оставался – прятались от жары в городских парках или на пляже.
Я сдала первый зачёт и мне ещё оставалось два. Голова от жары пухла и я ничего не могла запомнить. Сил уже учит не было никаких и я решила устроить себе выходной.
Моя комната находилась на пятом этаже почти посредине длинного коридора. В левом крыле была кухня, а в правом умывальник и туалет. Ни шагов и всякого рода стуков не было слышно и я закрыв комнату на ключ, сняла с себя всю одежду и стала разгуливать по ней голышом. В открытое окно влетал лёгкий ветерок и освежал моё потное тело. Налив в тазик воды, я смочила полотенце и обтёрлась с ног до головы. Сразу стало легче и жить захотелось. Я легла на кровать и включив телик, стала смотреть концерт и сама не поняла, как моя рука опустилась вниз по животу и стала ласкать мою чисто побритую киску и раздвигая половые губки, проникать пальчиками во влагалище. Я ласкала себя и не услышала, как в комнату кто то стучится и только удар ногой в дверь вывел меня из забытья. Я как ужаленная подскочила к двери и спросила:
— Кто там?
За дверью раздался знакомый голос моей соседки по комнате – Танюшки. Она была интересная и очень весёлая девчонка и с ней было довольно просто общаться.
— Ты чего закрылась? – продолжала она расспрашивать меня, стоя в коридоре.
Узнав, что она одна, я даже не застёгивая халат, наскоро накинутый на плечи, быстро открыла ей дверь.
Увидев меня в таком наряде, Таня с загадочной улыбкой спросила меня:
— Ты одна?
— Да, а кому тут ещё быть то. Наши все разъехались, а у меня ещё два зачёта.
— А чем ты тогда тут занималась? – с ехидной улыбкой продолжала она меня допытывать.
— Просто жарко, вот я и разделась и лежала книгу читала. – попыталась я оправдаться, но краска тут же охватила моё лицо и уши и щёки тут же загорели.
Танюшка бросила свою сумку и стала осматриваться по комнате и не найдя то, что искала, снова спросила меня:
— А какую ты книгу читала, что то я ничего не вижу и почему ты вся покраснела? – продолжала она меня допрашивать.
Я уже не знала, как себя вести и ничего не оставалось, как сказать правду.
— На улице жара и я разделась и просто лежала на кровати голышом, так легче. И запахнув халат я села на свою кровать.
— А почему сейчас сидишь в халате?
— Мне просто при тебе не очень удобно так сидеть. – пыталась защититься я от её напора.
— Одной ей значит удобно голой по комнате разгуливать, а при мне она значит стесняется, или ты чего то скрываешь от меня? – отвернувшись от меня она продолжала ворчать и выкладывать свои вещи на кровать.
Мне уже надоело перед ней оправдываться, да и чего тут было проблему строить, ведь мы не раз в комнате переодевались и видели друг друга в разном виде и тем более голыми.
— Ну раз тебе это не даёт покоя. – сказала я и скинув с себя халат, подошла к шкафу и повесила его, а затем снова подошла и легла на свою кровать. Наступила минута молчания. Танюшка не знала с чего начать, а я отвернувшись к стене просто лежала и ждала следующих её действий.
Первой не вытерпела она. Таня подошла и села на мою кровать, положив свою потную руку мне на плечо.
— Ладно. Не сердись. Я просто пошутила. — сказала она.
— Давай пить чай. Я варенья привезла.
Я повернулась к ней и не найдя в её взгляде усмешки, согласилась.
Мы сидели за столом и разливали горячий чай по кружкам. На всю комнату разносился запах клубничного варенья.
— А ты чего приехала. – спросила я её.
— Надо кое что в городе купить, а остановиться больше негде и таскаться с сумкой в такую жару не хочется, вот и решила на несколько дней в общаге остановиться. Знаю, что ты ещё тут паришься. А на мои слова не обижайся. Просто хотела тебя разыграть.
— Ладно. Всё. Забыли про это. – ответила я.
— Хочешь, я тоже тебе составлю компанию и сегодня не пойду ни куда и не дождавшись от меня ответа, Таня соскочила со стула и стала снимать с себя платье и нижнее бельё.
Через несколько минут мы уже вдвоём сидели на кровати голышом и весело болтали на разные темы.
Вечером мы открыли окно и выглянули на улицу. Жара стала спадать. Уже смеркалось и то что мы были голыми, нас нельзя было увидеть. На нашем этаже ни в одной комнате не горел свет и лишь только на третьем и втором был виден свет в нескольких комнатах.
Я слезла с подоконника и сняв с вешалки халат, стала его одевать.
— Ты куда? – спросила Таня.
— В туалет сходить и перед сном умыться надо. – ответила я.
— А что без халата боишься что ли. Всё равно в общаге нет никого. Сама же видела.
— Но мы смотрели только с этой стороны. – ответила я.
— Пойдём на кухню и посмотрим, что на другой стороне – предложила Таня.
А что. Пойдём. – ответила я и мы вышли в коридор в одних халатиках и войдя в кухню, открыли окно. Другая сторона общежития тоже была почти тёмная. Было видно свет в трёх комнатах на первом этаже и в одной на третьем. Я тяжело вздохнула и состроив гримасу, сказала:
— Все уже отдыхают, а я тут сижу и зубрю и ещё почти две недели здесь париться.
Таня положила мне руку на плечё и сказала:
— Ничего страшного. Сдашь ты эти зачёты и тоже поедешь в деревню и будешь купаться и отдыхать, греться на солнышке.
Мы вернулись в комнату и я взяв в руки мыло и полотенце, пошла умываться. Танюшка пошла за мной следом. Пока я ходила в туалет, Таня уже помылась и предложила мне подержать мой халат, чтоб я его не замочила. Я обрадовалась и быстро его скинула. Пока я умывалась, Таня тихонько улизнула в комнату, прихватив с собой мой халат и я осталась в умывальной комнате одна и совершенно голая, даже на ногах ничего не было. Я сначала испугалась и рассердилась на неё, но потом вспомнила, что все комнаты пустые и меня никто не увидит. Я спокойно вышла и не спеша шла по коридору, а Таня сидела на подоконнике в другом конце коридора и смотрела на меня. Когда я подошла к ней, она окинула меня взглядом и сказала:
— А ты неплохо смотришься в неглиже. Тебе не стоит одеваться. Ходи так. Всё равно нет никого, и тебя никто не увидит.
— Ты так хочешь? – спросила я.
— Да нет. Просто ты жару плохо выносишь и я думала, что тебе так будет удобнее.
Я давно об этом мечтала, но смелости не хватало на этот шаг. Я сделала вид, что думаю и немногозначно ответила:
— Ну если ты составишь мне компанию, то я согласна.
Таня встала с подоконника и скинула свой халат и повесив его на руку, мы пошли в свою комнату.
Было уже за полночь и на улицах почти не было слышно шума машин, а я всё не могла уснуть. Моя рука снова соскользнула вниз и я стала играть со своим клитором и гладить половые губки. Оргазм наступил моментально и я чуть не закричала от возбуждения, но пришлось собрать все силы в кулак, чтоб не разбудить Танюшку, которая лежала голышом на соседней кровати. В окно влетала ночная прохлада, а моё тело всё ещё продолжало содрогаться от недавнего оргазма. Я стояла у окна и смотрела на ночные огни. Уснула я уже под утро и даже не слышала, как встала Таня.
Открыв глаза, я не увидела её на кровати, хотя её вещи были на месте. Я встала и потягиваясь поплелась в конец коридора ни кого не опасаясь, что меня голенькую могут увидеть. В умывальной я нашла Таню, она была в халате и тщательно драила свои зубки. Увидев меня в неглиже, она сделала недоумённый взгляд. Я тоже пристально смотрела на её халат:
— Мы же вчера договорились, что вместе будем голыми ходить. – спросила я её.
— Но ведь сейчас утро и мы не знаем, есть кто в комнатах или нет. – вполне здраво и рассудительно ответила она, прополоскав рот от зубной пасты. Тут меня охватил страх. А вдруг я сейчас пойду и кто ни будь выйдет и меня увидит разгуливающую голышом по коридору общаги. Я даже не стала умываться и бегом, шлёпая босыми ногами, побежала в свою комнату.
Таня вошла следом за мной и весело смеялась.
— Ты чего? — спросила я.
— Ты бы видела себя сзади, когда бежала. Твои ягодицы так и тряслись от испугу, а груди были готовы оторваться и упасть на пол. Представив эту картину я тоже рассмеялась.
Попив чай и перекусив немного, Таня собралась в магазин. Мы вышли из комнаты и она закрыла дверь. Я просто хотела проводить её до первого этажа и посмотреть, нет ли почты. Мы спускались вниз и весело смеялись. Я была в одном халатике на голое тело и мне было даже не страшно. Ведь со мной была моя подруга, которая знала об этом и поддерживала меня в моих увлечениях.
На первом этаже Таня машинально отдала вахтёрше ключ от нашей комнаты и проверив почтовый ящик, она отозвала меня в сторону. В глазах её горел какой то непонятный и интригующий огонёк. Завернув за перегородку, она сказала мне на ухо, чтоб вахтёрша не слышала:
— Снимай свой халат и иди в комнату голышом, а я через полчаса приду и отдам тебе его.
От этих слов по моему телу пробежала дрожь. Я даже не смогла спокойно ответить и начала от волнения заикаться.
— Ты чего испугалась. В общаге всё равно почти никого нет. Вон все ключи на вахте, я посмотрела.
Я была в растерянности и не знала как быть, но в предвкушении чего то нового и сильно возбуждающего меня, я быстро сдалась.
— Ладно! — радостно проговорив, согласилась я.
Я быстро расстегнула пуговицы и скинув халат, положила его в пакет и отдала Тане. Она окинув меня взглядом, помахала мне рукой и пошла на выход. Я же в свою очередь пошла к лестничному маршу, чтоб подняться на пятый этаж. Всё кругом было тихо и только на вахте бухтел телевизор. Я как пушинка взлетела и перепрыгивая через ступеньки, стала быстро подниматься вверх с этажа на этаж. Вот и наш, пятый. Я открыла дверь и вошла в коридор. Было так тихо, что если бы даже пролетела муха, то я её точно бы услышала. Я подошла к двери своей комнаты и толкнула её, но дверь не поддавалась. Я толкнула её ещё раз и ещё раз, но всё было бесполезно. Дверь была заперта и тут я вспомнила, что Таня закрыла её на ключ, а ключ оставила на вахте. По всему телу пробежала дрожь и испуг. Я осталась одна в коридоре и совсем голая. А вдруг кто сейчас войдёт и увидит меня. Этот испуг вызвал у меня сильное возбуждения и не находя выхода, я пошла в туалет, куда по крайней мере не могли войти парни. С каждым шагом мне становилось всё труднее и труднее. От страха всё тело сковало и я с трудом перешагнув через порог, с облегчением вздохнула. Я даже не заметила, как моя рука закрывала мою киску и её пальчики яростно орудовали в области клитора. Моё сердце колотилось и готово было выпрыгнуть наружу. Сделав ещё несколько шагов, я повалилась на подоконник и испытала такой мощный оргазм, что мне казалось из меня вся жидкость сейчас вытечет. По бёдрам стекали струйки моего сока, а ноги и руки не хотели слушаться. Я с трудом села на подоконник и навалилась на стену. Сколько я так просидела, сказать трудно, но меня привёл в сознание стук раздающихся шагов в коридоре. Я забежала в кабинку и закрылась на шпингалет изнутри. Шаги проследовав в одну сторону по коридору на время затихли, но через несколько минут я услышала их снова. Они становились всё ближе и ближе и вот скрипнула входная дверь в туалет и брякнула дверь в соседней кабинке. Я сидела не жива ни мертва. Вроде бы даже и не дышала. Вскоре зажурчала сильная струя и последовал вздох облегчения. После чего сработал слив. Затем этот кто то вышел и его шаги стали удаляться. Я знала точно, что это не Таня, но кто? Я тихонько вышла и выглянула в коридор. Девушка, живущая напротив кухни, подходила к своей комнате. Я узнала её. Это была Вера с третьего курса. Что она тут делает? Зачем она приехала?
Я продолжала задавать себе кучу вопросов и не находила на них ответ. Мне стало боязно. Танюшки не было уже довольно давно. Где она? А вдруг она решила уехать домой и даже не думает, что я одна и совсем голая прячусь от всех по этажам и не могу попасть в свою комнату. Минуты тянулись как часы. Каждый стук и шорох стал меня настораживать. Вера ходила по коридору, то на кухню, то в умывальную комнату и все её передвижения пугали меня и сильно возбуждали. Я уже трижды испытала оргазм и снова была на грани, потому что в соседней комнате журчала вода и там что то делала Вера. Я слушала все её звуки и в бешеном ритме массировала клитор и грудь. Волна оргазма снова застала меня врасплох и я не смогла удержаться на ногах. Я села голой попой на раковину унитаза и навалилась на стенку кабинки. Мне уже больше ничего не хотелось и я была готова выйти и будь что будет. Может Вера поймёт меня и даст мне что ни будь приодеться, чтоб сходить за ключом. А хватит ли у меня сил думала я и вдруг в туалет кто то вошёл и шёпотом спросил:
— Марина? Ты здесь? – раздался долгожданный голос Тани.
Я так обрадовалась, что готова была выскочить и кинуться ей на шею, но сдержалась. Она подала мне халат и стала извиняться, что сделала это машинально и не хотела, чтоб я осталась голая в коридоре. Я конечно её простила и мы пошли к себе. У меня просто от нескольких оргазмов не было сил сердиться и я хотела пить и прилечь, чтоб отдохнуть. Таня отсутствовала полтора часа, а для меня это казалось вечностью.
Пока мы открывали дверь, выглянула Вера и поздоровалась с нами, заодно выспросив, что мы тут делаем. Мы тоже расспросили её и узнали, что ей завтра нужно было ложиться в больницу, вот она и приехала пораньше, чтоб всё собрать и приготовить с собой.
В комнате мы тут же расслабились и даже не закрыли дверь на ключ, а скинув с себя всё, бросили свои потные тела на кровать. Это так было приятно и свободно лежать и не чувствовать стягивающих тебя резинок и разного рода бретелек.
Через полчаса в нашу дверь раздался стук и не успев мы ответить, как дверь открылась и на пороге стояла Вера. Увидев нас лежащих на кроватях совершенно голыми, она от изумления открыла глаза и не могла ничего сказать.
-На улице сильно жарко и в комнате просто дышать нечем, вот мы и решили проветриться. – попыталась выправить ситуацию я. Таня подтвердила мои слова и мы сев на кровать, набросили на себя халатики.
— А почему не закрылись, вдруг бы не я вошла, а ещё кто.
— Да в общаге кроме нас никого нет. – уже более уверенно добавила я.
— Ну да ладно, это ваше дело. У вас немного сахару не найдётся.- спросила Вера.
— Есть. А может хочешь варенья? — спросила Таня.
— С удовольствием, а какое? – с интересом спросила Вера.
— Клубничное. – продолжала диалог Таня.
Мы встали и предложили Вере попить с нами чай вместе. Вера с радостью согласилась. Мы сидели болтали о всякой ерунде и пили чай. Вера рассказала про свои болячки и мы её стали настраивать и чтоб она не расстраивалась. Время летело довольно весело и мы уже не стесняясь, сидели на стульях довольно раскованно и Вера нет-нет, да бросала свой взгляд на наши оголённые ноги и попки, которые выглядывали из за откинутых в стороны пол халата.
Когда Вера ушла, мы с Таней стали думать, расскажет она про нас кому ни будь или нет и решив, что ей это ни к чему, я решила сходить в умывальную комнату и ополоснуться водой, чтоб смыть пот.
— Без халата пойдёшь? – спросила Таня.
— Тут же Вера, а вдруг ещё кто появится. – ответила я и взяв полотенце, пошлёпала вдоль по коридору. Таня пошла на кухню и поставила чайник, чтоб помыть посуду.
Тут вышла Вера и о чём то с Таней начали переговариваться. Когда я вернулась в комнату, то Таня мне сказала, что Вера просила её съездить с ней к её родственникам и там кое что забрать.
— Ну и хорошо. По пути хоть хлеба купишь. – сказала я.
Вскоре забежала Вера и немного подождав одевающуюся Таню, сказала, что видела внизу письмо адресованное в нашу комнату. Мы все трое стали спускаться вниз. Я первая подбежала к раскладке для писем и увидела письмо от моих родителей. Я его уже неделю ждала и была сильно рада. Затем Таня отозвала меня в сторону и спросила:
— Ты не хочешь повторить прогулку снова?
— А как же Вера?
— Она же нас видела и ничего никому не скажет, — убедительно ответила Таня.
Меня всю снова заколотило, словно в ознобе и я не знала, что делать и тут я вспомнила про ключ.
— Я дверь не закрывала и у меня нет ключа, вот посмотри и Таня раскрыла свою сумочку. Ключа действительно не было и в шкафчике для ключей на вахте он тоже не висел. Я посмотрела ей в глаза и тут нас окликнула Вера.
— Таня ты скоро?
— Ну что ты думаешь – торопила меня Таня и я не удержалась от соблазна и быстро скинула с себя халат и подала его ей. Она на ходу засунула его в пакет и выбежала навстречу Вере, а я побежала к лестничному маршу, чтоб скрыться в его лабиринте. Кругом всё было тихо и я радостная и довольная, что снова это делаю и иду по общежитию совсем голая и не боюсь, что меня могут увидеть, потому что никого нет. Я поднялась на свой этаж и не спеша подошла к своей двери. Толкнув её, я поняла, что Таня меня снова провела. Я снова стояла посреди длинного коридора, голая и беззащитная. Первый же вошедший на этаж мог меня увидеть и я снова поспешила в своё укрытие. Волна оргазма снова медленно подкатывала и как только я перешагнула порог туалета, как испытала сильное наслаждение. Время тянулось медленно и я не знала, знает о Таниной проделке Вера или нет. Как себя вести, когда они вернутся и что будет, если на этаже появится ещё кто то.
Меня постоянно охватывал то страх, то наслаждение от того, что я оказалась в такой пикантной ситуации. Я хотела обидеться на Таню, но не могла, ведь я сама этого хотела и сама согласилась и сняла халат. Значит мне прежде всего надо винить себя, а ни кого другого. Мне это нравится и Таня просто поняла это и всё красиво обыграв, заставила меня бегать голышом по этажам общежития.
Я сидела в туалете и рассуждала, а Тани и Веры всё не было. Начинало уже смеркаться и мне надоело вдыхать ароматы не смытой мочи и всего прочего.
Прислушавшись и убедившись, что никого нет, я вышла из убежища и пошла из одного конца коридора в другой. Зайдя в кухню, я выглянула в окно. На третьем и на первом этажах уже зажгли свет. На пятом и четвёртом было темно, как в подвале. Я прошлась по этажу из конца коридора в другой конец и снова вернулась назад. Было так классно чувствовать полную свободу, что мне хотелось кружиться и петь. Я спустилась на четвёртый и там тоже пробежалась по коридору. Выглянув в окно, я увидела, что на третьем горел свет в одном окне и тут я услышала шорканье комнатных тапочек. Я спряталась за дверь на лестничной площадке и стала ждать. Шаги приближались всё ближе и ближе. Я вся дрожала от страха и от непонятного возбуждения, вдруг от чего то нахлынувшего на меня. Мне было и страшно и одновременно приятно, что сейчас мимо меня кто то пройдёт. Вот показалась девушка в халате с тазиком в руках. Она вошла в туалет и послышался шум воды. Было понятно, что она делала в комнате уборку. Вскоре она прошла обратно и захлопнула за собой комнатную дверь.
Я ещё немного постояла, чтоб успокоиться от нахлынувшего возбуждения, но вдруг снова скрипнула дверь и я вновь услышала знакомые шаги. Девушка, уже с полотенцем в руке, прошла мимо в комнату для умывания, и вскоре зажурчала вода из под крана, ударяясь о железную раковину и разлетаясь мелкими брызгами по сторонам. У меня быстро появилось желание пробежаться по коридору на кухню и на время спрятаться там за входной дверью. У нас в общаге дверь на кухню была всегда открыта и даже когда мыли пол, то её не открывали и там всегда скапливалось много пыли и всего прочего. Это было надёжное место в моей ситуации. Я стояла и переведя дыхание стала прислушиваться. Вскоре снова послышались шаги и девушка проследовала в свою комнату. Была слышна негромкая музыка и я поняла, что дверь за собой она не закрыла. Да и кого ей было бояться. На третьем этаже она одна жила в своей комнате, а в остальных комнатах уже несколько дней не включался вечерами свет. Все отдыхали дома. Немного задумавшись, я даже вздрогнула, когда услышала приближающиеся шаги к кухне. Я затаилась и мне показалось, что даже перестала дышать. Девушка вошла и включив свет, набрала в чайник воды и поставила его на электроплиту, а затем приоткрыла форточку и ушла к себе в комнату. В полной тишине были отчётливо слышны её шаги по комнате. Я уже не могла больше терпеть и моя рука непроизвольно опустилась на лобок и стала сползать всё ниже и ниже. За дверью было тесно и я осторожно повернулась в пол оборота и нащупала уже истекающую киску и набухший от возбуждения бугорок клитора. Я стала делать пальчиком круговые движения вокруг него и продвигаясь между половыми губками, проникать пальчиком во влагалище. Мне пришлось сделать всего несколько движений, как я сдавила свой клитор двумя пальцами и испытала сильный оргазм, отчего чуть не села на пол. Мои ноги стали словно ватные и я кое как удержалась за дверную ручку.
Я уже несколько часов бродила голышом по коридорам общаги и кончила раз пять или шесть. Мои силы были на исходе, а Танюшки всё не было. В моей голове проносились разные мысли и догадки и самое страшное, это было то, что вдруг она решила уехать домой. Я стояла, навалившись за дверью на кирпичную стену и думала, как выпутаться из создавшейся ситуации, как снова в коридоре услышала шаги. Девушка вошла на кухню и выключив плиту, взяла чайник и исчезла за дверью в своей комнате. Надо было срочно отсюда выбираться и я осторожно ступая босыми ногами по бетонному полу, вышла в коридор и бегом побежала к лестничному маршу. Там я могла себя чувствовать более безопасно и скрыться на любом из этажей.
Я снова стала бродить по этажам и мои шаги были такие без шумные, что я сама их даже не слышала. Выглядывая в окна, я ждала, когда в окнах моей комнаты загорится свет, но мои ожидания были напрасны. Кроме окна на третьем и окна на втором, а так же двух окон на вахте, во всей общаге не было свету, если не считать комнат общего пользования и коридоров.
Мне что то стало скучно одной и я снова решила спуститься на третий этаж. Там хоть всё же была живая душа, которая и не знала о моём существовании и не подозревала, что она проходит мимо обнажённой девушки, спрятавшейся за кухонной или коридорной дверью.
В коридоре было тихо и я на цыпочках прокралась мимо комнаты, в которой горел свет и снова спряталась за дверь на кухне. Иногда я выходила и сделав несколько кругов по кухне и выглянув в коридор снова пряталась. Моё сердце стучало, готовое вот-вот выпрыгнуть. В низу живота что то происходило непонятное и мои руки сами потянулись вниз. Я стала гладить себя и раздвигая пальцами половые губки, проникать во влагалище и с каждым разом всё глубже и глубже. Я была на грани взрыва, как вдруг тишину разорвал скрип двери и я услышала удаляющиеся шаги. Я выглянула в коридор и увидела, как девушка вышла на лестничную площадку и её шаги постепенно затихли. Я не могла знать, куда она пошла и поэтому боялась покинуть своё убежище. Я продолжила ласкать себя, сидя на подоконнике и в очередной раз испытала сильный оргазм, от которого я даже не могла подняться и навалилась на стену. Сколько я так сидела, сказать трудно, но мне не хотелось даже пошевелить руками, а мои пальцы всё ещё находились в недрах моего влагалища. Я встала и шатаясь подошла к раковине и вымыла руки и провела несколько раз влажной рукой по истерзанному мной моему влагалищу. Мне стало как то легче. Сделав несколько глотков, я смочила пересохшее от знойного воздуха горло выглянула в коридор. Было тихо, но где то далеко был слышен девичий смех и разговор. Я прислушалась и вскоре увидела, как на другом конце коридора показались две фигурки. Одна из них была девушкой с третьего этажа, а во второй я признала Веру. Это действительно была она. Значит Танюшка тоже вернулась и мне сейчас остаётся попасть незамеченной на свой этаж.
Вера с незнакомой девушкой подошли к её двери и открыв комнату, вошли во внутрь. Дверь оставили открытой, так как были слышны отчётливо их голоса. Из разговора я узнала, что девушку звать Лена и что она тут осталась, потому что отец дома постоянно пьяный и ей надоели постоянные семейные ссоры. Вера ей рассказала о предстоящем обследовании. Они сидели и болтали обо всём и можно сказать ни о чём. Вскоре я услышала шаги и эти шаги приближались ко мне. Лена вошла на кухню, а следом за ней Вера. Вера остановилась в дверном проёме в полуметре от меня и навалилась на дверь, за которой я стояла не дыша. Лена набрала воды и снова поставила на плиту, потом спросила у Веры про сахар.
— Принеси немного сахару, сейчас чаю попьём.
— У меня нет сахару, а у соседки Танюшки есть вкусное варенье. Пойдёт. – ответила Вера.
— Зови её, а то что она там одна сидит, вместе веселее и ночь быстрее пройдёт, а то спать невозможно, такая духота стоит. – сказала Лена.
— Сейчас я мигом. – и Вера убежала, лишь только были слышны её удаляющиеся шаги.
Лена вышла в коридор и села на подоконник. Через несколько минут в другом конце коридора раздались шаги и весёлые голоса Веры и Танюшки. Они подошли к Лене и стали ждать, когда вскипит чайник.
— Чё Маринка не появилась? – спросила Вера.
— Нет. Куда она убежала, ума не приложу. – ответила в недоумении Таня.
— Я её подождала, а потом вниз спустилась, думала, что может там у кого, но её нигде нет – продолжила оправдываться Таня.
— А кто такая Марина? – спросила Лена.
— Мы с ней в одной комнате живём – ответила Таня.
— Она хвосты свои сдаёт. Три незачёта. Ещё два осталось – разъяснила Вера.
— Всё понятно. Появится. Куда она денется, если из общаги не выходила.
— На вахте сказали, что тоже не видели её.
— Ну вот видишь. И нечего расстраиваться. Чай вскипел – сказала Лена и зашла на кухню.
Они взяли чайник и ушли в комнату. Дверь была открыта и я слышала всю их болтовню. Обо мне они не говорили не слова, как будь-то меня и не было вообще и Танюшка не забирала у меня халат и не оставила меня голую в почти пустой общаге. Я и сердилась на неё и у меня снова начинало что то происходить. Всё моё тело внизу живота пульсировало и учащённо билось сердце. Нахлынувшая волна оргазма и наслаждения подкатила неожиданно и с такой силой, что я еле удержалась на ногах. Её сменила вторая и за ней третья. У меня уже не было сил стоять и я просто сползла вдоль стены и села на пыльный пол. Мне уже было всё равно, увидят меня или нет.
Девчонки все втроём сидели в комнате пили чай и болтали. Им было хорошо и весело. Я сидела на пыльном полу за кухонной дверью совсем одна, голая и беззащитная и мне тоже было по своему хорошо. Что испытала я за эти несколько часов, я не испытывала всю жизнь и я была счастлива. Танюшка смеялась и рассказывала о своей деревне и как там красиво и здорово, но одно ей не нравилось, что её заставляли родители помогать ухаживать за домом и огородом, копаться в земле. Вот она и сбежала сюда, чтоб увильнуть от домашней работы на некоторое время.
Я сидела на полу и слушала их болтовню и мне стало казаться, что Таня совсем забыла про меня и ей было безразлично, что я где-то прячусь в общаге от посторонних глаз, голая и беззащитная. Меня могут в любой момент увидеть и оскорбить или посмеяться надо мной.
Мне стало немного получше и я встав с пола, стала разминать затёкшие ноги. Сделав несколько кругов по периметру кухни, я выглянула в коридор. Из Лениной комнаты всё ещё доносились разговоры и смех. Вскоре Таня выбежала из комнаты, оставив дверь открытой и убежала наверное в комнату к себе. Не прошло и пяти минут, как она уже шла обратно и несла в руке два своих фото альбома. Она показывала фото и рассказывала связанные с ними истории. Все смеялись и мне уже стало понятно, что Таня забыла про меня окончательно, а может решила, что меня вообще нет в общаге. За окном уже стало светать. Ночь пролетела незаметно и была так наполнена событиями, что меня просто разрывало от эмоций.
Вскоре девчонки пришли на кухню, чтоб помыть бокалы и тарелки. Они смеялись и Таня пригласила Лену к ней в гости на несколько дней. Лена с радостью согласилась.
— Мне всё равно в городе одной скучно, да и не знаю чем себя занять.
— Давай сегодня же и рванём, вот Веру проводим в больницу и поедем. – предложила Таня.
— Всё. Решено – они рассмеялись и взяв с собой вымытую посуду, вернулись обратно в комнату.
За окном уже было светло, хотя на часах наверное было около пяти часов утра, не больше. Вера и Таня вскоре вышли и ушли к себе, а Лена убежала в туалет и вернувшись, закрыла за собой дверь. Я не долго думая, выбежала из кухни и на цыпочках пробежав осторожно мимо Лениной комнаты, стала подниматься на свой этаж. На площадке пятого этажа я услышала разговор Веры и Тани. Они сидели на подоконнике в коридоре и о чём то разговаривали. Было далеко и я ничего не могла понять. Вскоре они зашли к Вере в комнату и закрыли за собой дверь. Это был мой шанс. Я побежала к своей комнате, которая была не так далеко и располагалась почти по середине длинного коридора. Толкнув рукой дверь, я поняла, что она закрыта. Стоять на кухне, за тесной дверью мне не хотелось и пошла обратно в туалет. Открыв дверь, я стала периодически выглядывать, реагируя на каждый шорох и шум, но в мою сторону никто не шёл. На улице уже совсем рассвело и стало подниматься солнышко. На улице уже во всю шумели машины. После короткой летней ночи наступал новый день, предвещая снова сильную жару и никакой надежды на дождь. На лестничной площадке послышались шаги и вскоре на этаж зашла Лена. Если они сейчас все втроём уедут, то мне конец. Меня уже ничто и никто не спасёт от позора и разоблачения. Я перепугалась и ждала появления Лены. Она была прилично одета, в лёгких босоножках, а на плече у неё висела сумочка. Это подтвердило мои предположения. Пройдя по коридору до Вериной комнаты, печатая и отбивая каблучками каждый свой шаг, она скрылась за дверью.
Через минут десять, они все трое вышли в коридор и направились в сторону лестницы. Я уже было хотела выйти из туалета и будь что будет, чтоб взять у Танюшки ключи, но тут Таня приостановилась и помахала им рукой, а сама вошла в комнату. Вера и Лена прошли по коридору и стали спускаться вниз. С каждой секундой их шаги всё становились тише и скоро их совсем не стало слышно. Тут открылась дверь и в коридор вышла Танюшка в одном халате с полотенцем на плече. Она шла умываться и наверное готовиться к отъезду. Я вышла из туалета в коридор. Увидев меня Таня сильно испугалась и первое, что она спросила:
— Ты откуда?
— Я всю ночь провела в общаге, прячась от каждого шороха и стука. – ответила я.
— А я тебя поискала и не найдя, подумала, что ты смогла открыть комнату и обидевшись на меня, просто уехала. – оправдывалась Таня.
— Я даже у девчонок спрашивала, не видели ли они тебя.
— Я что дура что ли. Открыто голая бродить по общаге и чтоб меня все видели. – продолжала сердиться я и старалась всё высказать Тане, что об этом думаю.
Таня скисла и по её глазам было видно, что она виновата и не знает как исправить свою ошибку. Она подошла ко мне и сказала:
— Прости меня пожалуйста. Я честно не хотела этого. Я же комнату не закрывала, а просто прикрыла дверь, а ключ забыла выложить и чтоб не возвращаться, повесила на вахту. Ты в тот момент уже убежала, когда отдала мне свой халат. Я знала, что тебе это нравится и просто хотела сделать тебе приятно. – стала мне объяснять свои действия…
Я знала, что у нас замок немного барахлил и уже было несколько раз в процессе учебного года, вместо того чтоб сработала защёлка, срабатывал сам замок и уже дверь без ключа открыть было просто невозможно. Это немного объяснило всё и я сменила свой гнев на милость.
Таня подошла ко мне о обняв, положила свою голову на плечо. Я почувствовала, как на моё тело капнула слезинка и вся моя обида и злость куда то улетучились. Мы вместе вошли в комнату для умывания и стали приводить себя в порядок. Я ничего не стала объяснять, а сметала со стола всё, что можно было съесть. С 19 часов вчерашнего дня и до 8 утра сегодняшнего я ничего не ела, а пила только немного хлорированную воду и была страшно голодна. Когда я закончила и легла на кровать, Таня мне призналась, что ей было приятно и что она даже испытала несколько лёгких оргазмов осознавая то, что по её вине я мечусь по общаге голая и не могу попасть в комнату. Когда Таня не смогла меня найти, она подумала, что я действительно осердилась и уехала домой и перестала меня искать, а тут новая компания и её новая знакомая согласилась к ней съездить в гости.
Таня уже оделась и взяв в руки сумочку, подошла ко мне и присела рядом на кровать.
— Ты не сердишься на меня? Спросила она безобидным и жалостливым голоском.
— Нет. – уже спокойно ответила я.
— Мне было действительно приятно находиться в общаге голышом и прятаться и бегать по этажам, опасаясь, что меня могут в любую минуту увидеть и разоблачить.
— Марина!? А что было бы, если бы мы сейчас не встретились на этаже, и я уехала бы с девчонками домой? – сделав хитрую гримасу и глядя мне в глаза, спросила Танюшка.
— Не знаю. – ответила я.
— Наверное бродила бы по этажам и медленно умирала от голода. – добавила я к сказанному и засмеялась.
— А ты бы снова хотела, чтоб такое произошло? – не унимаясь, продолжала допрашивать меня из любопытства Таня.
Я пожала плечами и сказала:
— Давай езжай, а то опоздаешь.- попыталась уйти от ответа я.
Таня взглянула на часы и подхватив сумку, вышла в коридор. Я встала, чтоб проводить ей и уже в коридоре крикнула ей в след.
— Когда вернёшься то?
Но она ничего не ответила. Просто наверное не расслышала. Я зашла в комнату и закрыв дверь, легла спать. Завтра второй зачёт и мне нужно было выспаться после бессонной ночи.
Это были всего несколько дней из моей жизни в общаге, а я там прожила целых пять лет и почти каждый гот оставалась на пересдачу одного или двух зачётов.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Женский журнал про диеты, отношения, красоту и стиль