Вход



Напомнить пароль
Регистрация

Предложить Статью

Вы можете подсказать нам полезную тему для статьи, а также предложить опубликовать вашу или чужую статью (а мы попытаемся договориться с правообладателями). Вместе мы можем быстрее наполнить сайт интересной и полезной информацией!

Введите цифры и буквы

«Быть чисто медиа неинтересно, быть университетом еще рано»

Егор Петров, 08 мая 2015, 07:47
9
«Арзамас» — новый мультимедийный проект, собрание видеокурсов по истории, литературе, искусствознанию и другим гуманитарным дисциплинам. Лекции читают ведущие российские ученые, а организацией процесса и подготовкой изобретательных дополнений к лекциям занимается команда людей с журналистским и академическим опытом. COLTA.RU поговорила с основателем и главным редактором проекта Филиппом Дзядко о том, как все это устроено.

— Кто придумал «Арзамас»?

— Мне давно хотелось сделать необычный университет, сайт для семейных документов, кинотеатр повторного фильма, историческую газету и другие подобные вещи, связанные с частной памятью и историей культуры. Это отчасти результат фантомных болей: прежде чем начать работать в Esquire и «Большом городе», я собирался заниматься историей литературы, защитил диссертацию о поэте Алексее Мерзлякове. В какой-то момент я встретился с Настей Чухрай, которая думала примерно в том же направлении, ее очень занимает тема образования и культурной памяти. Мы с некоторыми друзьями перебрали много разных гипотез и придумали проект, который я сначала назвал «101 профессор». Идея была составить открытую и доступную для всех библиотеку видеолекций, где бы объединились живые и яркие силы гуманитарной науки. Постепенно вокруг стали появляться люди, собралась редакция, каждый участник которой стал соавтором «Арзамаса».


Филипп Дзядко/Фото: Наталья Бархатова

— А как появилось название «Арзамас»?

— Мы с самого начала разговаривали и советовались про все это с Константином Поливановым, моим учителем, фантастическим преподавателем русской литературы и ученым, специалистом по Пастернаку. Он и предложил это название. Оно связано с одноименным литературным обществом XIX века; формально оно жило недолго, но мало чему — или кому — русская культура обязана больше. Это мое любимейшее общество, мне нравится способ отношения к культуре, к людям, к стране и друг к другу, который арзамасцы постулировали. Тема моего диплома и диссертации была тесно связана с арзамасским обществом безвестных людей, о нем же я читал и лекции в школе. А еще кажется очень важным, чтобы в названии были буква Р, буква З и буква А, у нас они все есть. Помню, в какой-то момент мы собирались назваться «Розги». Увы, одумались.

— Когда вы начали делать «Арзамас»?

— Конкретно об этой истории мы стали разговаривать более полутора лет тому назад. Непосредственно делать ее, снимать курсы, работать над текстами и прочим — прошлой весной.

— Почему вы выбрали именно такой способ просвещения?

— Ну, это оптимальная форма, чтобы рассказывать истории. Видеолекции — не единственный наш формат, это одна из форм, один из жанров. В 90-е годы я как-то зашел в гостиную, там сидел папа, у него был включен телевизор, а в нем Юрий Михайлович Лотман на фоне старых книжек рассказывал про поведение декабристов в повседневной жизни. Я попал в капкан. Я так и не ушел с той кухни, смотрел программу целыми днями, а потом пришел историк Вадим Борисов, друг моего отца, они обсуждали Троянскую войну и обменивались цитатами из Ходасевича. Они и их друзья и были университетом мечты. Так все мои первоначальные желания заниматься графикой пошли под откос, и поступил я не на архитектурный, а на историко-филологический факультет. Очень жаль, что «Арзамас» не начался раньше и мы не успели записать людей, которых записать было необходимо. У нас нет видеолекций Михаила Гаспарова, Елеазара Мелетинского, нет и не будет Алексея Зверева. Совсем немного лекций Григория Дашевского и Бориса Дубина. Мы, кстати говоря, ищем — и будем очень благодарны всем, кто вел какие-либо записи выступлений перечисленных людей; собираемся сделать такое радио «Арзамас». В редакции есть несколько человек, которые учились на истфаке или на филфаке и испытывают чувство благодарности к тем, кого нам однажды посчастливилось слушать. Я очень жалею, что так повезло не всем. Хочется максимальному количеству людей дать возможность это получить, эти голоса услышать, этот способ думать воспринять.

— Вы себя больше как медиа определяете — или как образовательную платформу? Должность вот у вас называется «главный редактор».

— Мои учителя долго бы смеялись, если бы я назывался ректором или завучем. Нам хочется делать такую вещь, которая использует принципы медиа и вместе с тем может существовать как своеобразная просветительская институция. Чем больше вы перемешиваете (если это оправдано спецификой материала) — тем веселее, тем интереснее. Быть чисто медиа неинтересно, быть университетом еще рано. И то, и другое — векторы развития, которые мы держим в голове.



— На сайте указано, что у вас четыре шеф-редактора.

— Каждый курс снабжен большим количеством сопутствующих материалов: тексты, фотографии, видео — то, что расширит контекст. Это материалы разной степени сложности, по сути, вторая (после самих лекций) часть курса, не менее интересная. Их созданием занимаются шеф-редакторы, делая по несколько десятков материалов в неделю. Это Ирина Калитеевская, работавшая в «Большом городе» и Esquire, человек, пришедший из науки, она занималась средневековой Кастилией. Это Кирилл Головастиков, который работал в «Ленте.ру» и занимался там культурой; я всегда с удовольствием и некоторой завистью читал его тексты и всегда мечтал найти возможность с ним поработать — он, как и Ира, человек с мощным научным бэкграундом и, кстати, единственный из нашей команды на данный момент, кто сам записал лекцию для «Арзамаса» (в лермонтовском курсе он читает лекцию про стихотворение «Молитва»). Это Олег Коронный, который работал в W-O-S, человек, очень живо увлеченный историей, постоянно заставляющий нас придумывать интересные подходы. Четвертый редактор — Юлия Богатко, работавшая в Esquire; она обеспечивает еще один, часто неожиданный, взгляд на привычные темы — и благодаря ей у нас в каждом курсе есть материал о музыке.

Рашель Землинская занимается всеми изображениями. Гравюры, фотографии, картинки — ключевая штука в «Арзамасе». Я долго не мог найти человека, который бы за это взялся, — это должен быть не просто медийный фоторедактор, а человек, широко образованный, знающий, как устроены архивы, умеющий договариваться. Мы не коммерческий проект и не можем позволить себе покупать фотографии в больших количествах. А главное — тут многое зависит от эрудиции. Например, в качестве тестового задания у нас был материал про vagina dentata — вот чем это иллюстрировать? Мы же просветительский проект и надеемся, что нас будут читать школьники, — хотелось бы, чтобы родители не закрывали им глаза, если они заходят на наш сайт. Небанальная штука была Лелей в итоге придумана, посмотрите.

И мы бы вообще не смогли работать без того, кто держит в кулаке все, что здесь происходит: производство оказалось сложнее, чем мы думали сначала. Я по-прежнему удивлен, что все это началось и вот уже четвертую неделю выходит — эта огромная махина, сделанная с нуля после разговора за чашкой чая. За то, чтобы эта махина жила и двигалась дальше, отвечает управляющий редактор Юлия Логачева, успевшая поработать в изданиях «Афиши», на киносъемках и даже побыть поваром.

— Как вы выбираете лекторов?

— Приходим в ту или иную научную среду, например, к тем, кто занимается русской литературой начала ХХ века, разговариваем с безусловными авторитетами. Они нам называют какие-то еще имена, мы встречаемся с новыми людьми. Это всегда продуманный, не случайный выбор. Когда мы начинали — думали, что список людей, которых хочется записать, быстро закончится. Но нас постигло счастливое разочарование. Было очень важно понять, как работать с лектором. Уложить материал в наши серии по 15 минут для академического ученого даже с большим опытом — некоторое испытание. Но нам важно, чтобы эти лекции были доступны неспециалисту, и мы подробно обсуждаем с лекторами, каким будет курс, как должна быть устроена каждая лекция, чем начинаться, чем заканчиваться. Приходилось что-то снимать повторно, что-то перемонтировать.

— А как определяются темы курсов?

— Сейчас на «Арзамасе» вы видите широкий спектр тем, большое разнообразие. В какой-то момент, когда мы покажем несколько десятков таких курсов, мы все вместе обнаружим, что они складываются в сложную систему, в которой есть последовательность. Представьте, что вы записались в идеальный университет, бесплатный при этом, и каждую неделю вам предлагается новый факультет — или, точнее будет сказать, кафедра. На этой неделе Юрий Березкин вам рассказывает про ацтеков и инков, через неделю Ольга Тагоева рассказывает про средневековый суд, а еще через неделю Илья Утехин — про быт ленинградских коммуналок 70-х годов. Разные темы, разные методологии. Но получается, что есть внутренние сюжеты — и они об одном. Мы это не задумывали специально — но многие курсы посвящены тому, как государство себя сочиняет и как человек себя воспринимает в ту или иную эпоху. В этом смысле они про одно и то же — про человека в обществе.

Еще одна важная штука объединяет эти курсы: наши ученые рассказывают нам про нас самих, но гораздо деликатнее, чем это делает прямая аналогия. Я вот сяду скоро в 31-й троллейбус и поеду за хлебом и булочкой для дочки, и история о том, как двадцать тысяч лет назад наш с вами общий первопредок куда-то ломанулся — или как Жерико пел о гибели французского общества XIX века, — не сильно поможет мне купить хлеб. Но эти рассказы дают другую глубину понимания. Для меня это открытие, мы об этом не думали, когда это все начинали.



— У вас на сайте собственный видеоплеер. Не планируете пользоваться YouTube? Это же путь к действительно массовой аудитории.

— В YouTube нет функционала, который нам нужен. И меня ужасно раздражает, когда ты включаешь лекцию на YouTube, а тебе тут же предлагают купить что-нибудь в магазине «Пятерочка». Спасибо, я не за тем пришел. Хочется создать вещь с настроением, рассказать историю от и до, а жизнерадостная пластмассовая физиономия, впаривающая мне сок, вот это настроение убивает. Плеер, как и все остальное — весь сайт, нам делала студия Charmer. Они умеют делать то, что обращено к огромной аудитории. И они нам очень близки по духу — тоже про просвещение и открытость.

— Как у вас с посещаемостью? Ставите ли вы перед собой какие-то цели по аудитории, количеству просмотров?

— Одна из задач — сделать так, чтобы наш контент раздавался отовсюду, и из «Маршрут-ТВ» в городе Сталинабад, и в каком-нибудь гламурном кафе вместо Fashion TV. Мы бесплатные, мы доступные, мы для всех. Про посещаемость сейчас рано говорить, через месяц-полтора будет яснее. У нас контент, требующий внимания, хотя мы делаем все, чтобы облегчить зрителю задачу, и вообще наша философия в том, что человек ничего не обязан знать. Если ты чего-то не знаешь, ничего страшного — мы предлагаем способы это поправить.

Пятнадцать минут каждый может себе позволить. А дальше вы проваливаетесь в эту штуку.
Мы называем лекции эпизодами, и у нас есть красивая шапка перед лекциями — на волне этого бешеного увлечения сериалами мне хочется, чтобы и к лекциям относились как к чему-то сериальному. Когда ты возвращаешься домой с работы и включаешь не «Папиных дочек», не сериал о каком-нибудь майоре на НТВ, а наши курсы — и оказываешься в волшебном мире.

— Довольны ли вы первой реакцией на «Арзамас»?

— Видимо, что-то такое в воздухе, что люди разных идеологических пристрастий, с разными социальными и прочими обстоятельствами одинаково хорошо этот проект воспринимают. Когда ссылку на проект ставит человек, связанный с президентской администрацией, и в этот же момент ее ставит Навальный, значит, начинает получаться то, что мы туда закладывали. А закладывали мы туда, среди прочего, историю про объединение. В самом широком смысле слова — географическом, и для этого опять же нужен видеоформат, интернет и тот интерфейс, который придумали в Charmer. И в хронологическом — хочется связать людей разных поколений. И в социальном. Здесь все нужно начинать с самого начала, и культура обладает бешеным зарядом для этого начала. Культура очень любит человека. У культуры очень хорошая память. А у нас в стране человека не любят сейчас, и все живут в буквальном смысле в беспамятстве. «Арзамас» — это про культуру, а значит, про то, что надо любить человека.

— Вы наверняка изучаете всевозможные образовательные и просветительские проекты. Какие из них кажутся вам самому интересными?

— Совсем недавно началась настоящая золотая лихорадка всяких онлайн-курсов. Они очень разные: Coursera, edX и так далее. В России же это все как-то потихонечку тоже разогревается — «Теории и практики», «ПостНаука», «Универсариум». Есть выдающийся сайт «Устная история» или совсем молодые проекты «Прожито» и «Тогда» — очень разные, но они в одном направлении движутся. Еще я недавно общался с девушкой, которая делает проект Muzium.org, сама записывает курсы, посвященные классической музыке, — такое маленькое просветительское самостоятельное медиа. Это сделано со вкусом, на чистом энтузиазме, очень живая вещь.

Источник: colta.ru


Читайте также:

Интервью с командой проекта «Арзамас» на «Афише.Воздух».

12 изданий и сервисов, которые вселяют в нас оптимизм — Мэтью Ингрэм (Mathew Ingram) из Gigaom рассказал о медиапроектах, в работе которых, по его мнению, видны важные положительные изменения для всей отрасли.
  • Рейтинг: 9
  • Рейтинг
    0
comments powered by Disqus